23 сентября, суббота
Поиск 
Декларации
Манифест АРКТОГЕИ >>

Мармеладъный (аудиоверсия) >>

Я летаю! (Николай Коперник mp3) >>

Книги Дугина

· Обществоведение для граждан новой России (2007) (new!) >>
· Конспирология (2005) >>
· Философия Войны (2004) >>
· Философия Политики (2004) >>
· Философия Традиционализма (2002) >>
· Эволюция парадигмальных оснований науки (2002) >>
· Русская Вещь (2001) >>
· Абсолютная Родина(1998) >>
· Тамплиеры Пролетариата(1997) >>
· Консервативная Революция (1994) >>
· Метафизика Благой Вести(1994) >>
· Гиперборейская Теория(1990) >>
· Мистерии Евразии(1989) >>
· Пути Абсолюта (1989) >>

Диссертационные исследования
Периодика
Альманах "Милый Ангел"

 номер 1
 номер 2
 номер 3
 номер 4


Журнал "Элементы":

 № 1 (Консервативная Революция)
 № 2 (Югославия и новый мировой порядок)
 № 3 (Элита)
 № 4 (Загадка социализма)
 № 5 (Демократия)
 № 6 (Эротизм)
 № 7 (Терроризм)
 № 8 (Национал-большевизм)
 № 9 (Постмодерн)


Газета Вторжение

Газета Евразийское Обозрение
Наше Audio
Цикл программ Finis Mundi
(в mp3 - low quality)
Рене Генон

Юлиус Эвола
 Густав Майринк
 Жан Бьес
 Мирча Элиаде
 Барон Унгерн
 Герман Вирт
 Фридрих Ницше
 Арх. Киприан (Керн)
 Жан Парвулеско
 Жан Рэй
 Петр Савицкий
 Ги Дебор
 Граф Лотреамон
 Николай Клюев
 Карл Хаусхофер

Песни Ганса Зиверса

Песни Евгения Головина
Серии/циклы
Сны ГИПЕРИОНА >>


А.Дугин АЦЕФАЛ >>



А.Дугин Rolling Stone >>


FAQ >>




А.Штернберг Барбело-гнозис(стихи) >>
Ю.Мамлеев Песни нездешних тварей(стихи) >>
Наши координаты
РФ, 125375, Москва, Тверская ул., дом 7, подъезд 4, офис 605,
телефон:
+7 495 926 68 11

Здесь можно всегда приобрести все книги, журналы, газеты, CD, DVD, VHS А.Дугина, "Евразийского Движения", "Арктогеи", ЕСМ и т.д.

Заказ книг и дисков.
По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

E-mail:
Директор:
Александр Дугин
Контент:
Наталья Макеева,
Дизайнер:
Варя Степанова

Наша рассылка . Введите Ваш e-mail, чтобы получать регулярную информацию о новинках и мероприятиях:

Ссылки

Счетчики

..
Поэзия | В.Карпец | От отроков Маковицких | 28.12.2004| Напечатать текущую страницу
Владимир Карпец

ОТ ОТРОКОВ МАКОВИЦКИХ

Николай Клюев Николай (а если именовать точно – Никола) Клюев – не человек или, по крайней мере, не совсем человек. Что это значит? Еcли воспринимать слова поэтического текста буквально – а иначе их не стоит воспринимать вообще – то подтверждение такого на первый взгляд странного тезиса мы многажды обнаружим собственно в стихах Клюева, хотя бы и в виде обмолвок, оговорок, случайно вырвавшихся строк… Посол от медведя, потомок Китовраса – уже этого достанет, чтобы догадаться о многом.

В средневековых сказаниях Руси Китоврас – странное существо, диво, именуемое сыном царя Давыда и Матери Сырой Земли. В некоторых изводах это первый, погибший младенец, рожденный Вирсавией, плод «сугубого греха» возлюбленного царя. Зачатие – первая и едва ли не главная (наряду со смертью) экзистенциальная проблема. Алхимик Михаил Сендивогий указывал, что дурное, греховное зачатие – и у людей, и у металлов – порождает диво (monstre). В этом случае, если применять это к Китоврасу, то Мать Земля – первоматерия – принимает зачатый плод и, пропустив чрез свои врата, преобразует в огромное «диво» великой силы и могущества. Да, это диво – своего рода «недосущество», но недосущество царского рода, наделенное изначальной царственной силой.

В «Повести о Соломоне и Китоврасе» он брат царя-рачителя Премудрости. Именно Китоврас строит для Соломона Святая Святых Первого храма. Впраша же Соломон, которых людей еси ты. Человек ли еси ты или бес. Отвеща же человек он. Аз есмь человек живоущих под землею. И праша его царь, есть ли оу вас слнце и лоуна. Он же рече от запада вашего к нам въсходит слнце, а от встока вашего заходит. Егда убо оу вас день, тогда оу нас нощь. А егда оу вас нощь, тогда оу нас днь. (Полууст. Палея 1477 г.). Сказание о Китоврасе символически соответствует современным физическим представлениям об антивеществе, но также и теориям германской науки о «полой земле». Но этот же Китоврас – Коутур или Кутувр – присутствует и в эдемском раю, что нисколько не противоречит сакральной хронологии, развивающейся по законам вневременной, эонической причинности первообразов: виде Евва зверя велика имянем Коутур, и гоняше сыня ея Сифа да его изъест» («Повесть о Евве», изданная в 1663 г. Н.Тихонравовым). На лицевых сводах русских и европейских летописей и хроник Китоврас изображался в виде кентавра – человекоконя, полконя (отсюда Полкан). Кентавр-Китоврас как проявление неукрощенного божественного-стихийного начала (стихийного по существу, но божественного по энергиям) таинственно присутствует в легендах о единственном истинно царском роде, появляясь и исчезая в реликвиях Руси-Сурьи, от франко-венедских королей троянского рода, считавших, что их предок – bestia Neptuni quinotavri similis (так, по крайней мере, повествует хроника Фредегара) до черниговских и тверских князей, изображавших Китовраса на гербах. Китовраса изображали в короне с царским жезлом в одной руке и с чашей в другой.

Среди старообрядцев-поморов, из среды которых вышел Никола Клюев, были явные и тайные Рюриковичи – вспомним хотя бы знаменитых авторов «Поморских ответов» братьев Денисовых, князей Мышецких. Но Клюев утверждает, что он еще и потомок лапландского князя, Калевалов волхвующий внук… Впрочем, генеалогия в ее истинном смысле включает в себя не только (и не столько) наследие вещественного семени, но еще и пробуждение внутренних обителей микрокосма, тождественного макрокосму (по преп. Максиму Исповеднику), а, следовательно, и истории. Сказание об антихристе, датируемое ХV, прямо говорит об особом роде царей-нагомудрецов, отроков Маковицких. Из них-то в последние дни истории и выйдет на противостояние антихристу тезоименитый первоархангелу царь Михаил. Цари эти – Адамовы внуци, близ рая живущи. Любимый образ Клюева – дед. Потому-то

Золотой пирог новоселий
Испечет багряный Адам.

Или еще:

Кто раз заглянул в ягеля моих глаз,
В полесье ресниц и межбровья,
Тот видел черты, где берестяный Спас
Лобзает шафранного Браму,
Где бабья слезинка, созвездием став,
В Медину ведет караваны
И солнце Таити – суропный калач
Почило на пудожском блюде.

А единожды Клюев без обиняков опознает себя не более и не менее, как царем из Давыдова красного дома, призванного соединить архангельский говор с халдейским. Но не из тех же ли нагомудрецов и сам царь Давыд – светлоглазый и светловолосый, даже внешне отличный от прочих израильтян возлюбленный Божий?

Давайте вдумаемся в совпадение – разумеется, не случайное – буквального и сокрытого смыслов последней цитированной клюевской строки. Конечно, русский север, архангельский край. Конечно, древняя Халдея… Но… Что такое архангельский говор? Это таинственный язык ангелов, язык птиц, и одновременно воинства, ведомого святым архистратигом Михаилом, воеводой последних времен. А халдейский? Обратим внимание на корень khld, kld, klt. Халдейский, колдовской, кельтийский – некоторые исследователи указывают на единый корень этих слов, кстати, близких и по значению. Что все это значит? Не прочтение ли молитвы святого Симеона Богоприимца – свет во откровение языком и славу людий твоих Израиля?… На самом деле, о чем бы мы ни говорили, будет все об одном – о Нем, о Царе царей.

Разумеется, ничего не понимают те, кто отрицают глубочайшее Православие, Правоверие поэзии Клюева, кто изображает его «язычником», «хлыстом» и даже «сатанистом». Да, даже так, приходилось и такое слышать от одного из весьма известных «православных» моралистов наших, наследников Феофана Прокоповича. Оставим это последнее без ответа; что же до «хлыстов», то зададим вопрос – а существовали ли вообще хлысты как нечто вполне определенное, структурно оформленное или же речь может быть скорее о некоей особоей настроенности, духовно-душевном складе, вовсе не обязательно воплощенном в сектантстве, но неотъемлемо присутствующем в лоне нормальной ортодоксии? Не случайно «розыски» о хлыстах почти всегда оканчивались ничем. Не случайно и Василий Васильевич Розанов, очень близкий по внутреннему своему «умострою» к Клюеву, с присущей ему «розановщиной», то есть склонностью к предельному, до абсурда, заострению, оборонил как-то, что разница между хлыстами и монахами в том, что вторые получают от правительства ордена, а первые нет.

Так кто же такой Клюев? Черты царственности очевидно ему присущи. По крайней мере, в своем малом мiре, поэтическом микрокосме, который всегда есть и макрокосм. Вспоминается Сирано де Бержерак, бытописатель «иного мiра», чье имя Эжен Канселье расшифровал как Cir en O, царь в нуле, подразумевая, что ноль тождествен бесконечности. В стихах, особенно после 1917 года, Клюев создал очевидные очертания Царства Конца, последнего преддверия Царства Небесного в истории. Он знал, что

В русском коробе, в эллинской вазе,
Брезжат сполохи, полюсный щит,
И сапфир самоедского князя
На халдейском тюрбане горит.

И еще:

Все племена в едином слиты:
Алжир, оранжевый Бомбей
В кисете дедовском зашиты
До золотых, воскресных дней.

Но самое главное не в этом. Главное в том, что этот преображенный мip вовсе не отделен от нас временной преградой, и, собственно, разговор об истории здесь условен, как условно, а, точнее, иллюзорно само время, неотъемлемый спутник и двойник смерти. Ибо

На дне всех мiров, океанов и гор
Цветет, как душа, адамантовый бор, --


Дорога к нему, с Соловков на Тибет,
Чрез сердце избы, где кончается свет,
Где бабкина пряжа – пришельцу веха:
Нырни в веретнеце, и нитка-леха
Тебя поведет в Золотую Орду,
Где Ангелы варят из радуг еду.

Заметим, что в этих стихах вообще нет ничего «своего» (в человеческом смысле), ничего «оригинального». Это просто восточно-православное исповедание, или, если угодно, исихазм. На самом деле, даже прямая отсылка к одному из отцов-исихастов, святому Григорию Синаиту: Рай соугуб есть чювствены и мысленный, сиречь, иже в Едеме и благодатный. Есть оубо иже в Едеме, место высоко зело. Яко быти третие и части до небесе, яко же споведавшеи глаголют. Всяческыми сады благовоннешими насажден от Бога. Ни съврьшене оубо ес нетленьн, ниже пакы всяческы тленьн, но посред тле и нетленна сътвореъ, яко быти приисплънену плоды и цвьтящу, цветы и зеленаа и зрелая овощия имущоу выноу съчиновающаа бо древеса и съвершенные плоды на землю падающе, персть благовонна бывают, а не тлею смръдят яко же мирстии садове, се же бывает от многаго изрядьства и освященна иже присно находящое тамо благодати. Тем же проходя посред иже того повеленныи напаати выноу Океан река, исходащиа от него, и на четыре начала разделяющися, персть же и садовы падшая, индианом и ефиопляном них текыи приносит и дает. Прегражден сыи при нивах их изливается, Фисон купно и Гион дондеже пакы разделятся, ов ливанскую, ов же египетьскую страноу напаающе (из Акростихических глав). Впрочем, это умозрение некими нитями связано с древнейшим раннехристианским памятником, признанным впоследствии апокрифическим, - Евангелием от Фомы: Но Царствие Отца распространяется по земле, и люди не видят его. В другом апокрифе – «Вопросы Иоанна Богослова Господу на Горе Фаворстей» это звучит так: Открыется рай, и будет все земле раимь. И если в апокрифах «райское» видение заострено до предела, до чрезмерной материализации, то в абсолютно ортодоксальных творениях исихастов подчеркивается эоническая природа рая – ни съвершене оубо ес нетльн, ниже пакы всячьскы тленьн. На ней же настаивает и автор Послания о рае ХV в. тверскому епископу Феодору Доброму – архиепископ новгородский Василий Калика; основной мотив Послания – повсюдуприсутствие рая, отверзаемого духовным, умным взором.

Западное же христианство уже с блаженного Августина (у которого самого, правда, еще нет явного разрыва с Востоком) настаивает на противоположности земного мipa райскому, града земного граду небесному, соотнося последний лишь со свершением истории в линейном, однонаправленном времени, имеющем единственное и абсолютное измерение. Причем свершение истории и снисхождение (а не отворение) рая в этом линейном времени для западного христианства связано с одной ислючительной точной пространства – земным Иеросалимом. Крайнее вырождение западного профетизма – лжепророчества Нострадамуса, завязанные исключительно «ближневосточным узлом». В то же время для восточного Православия Иеросалимом является всякий алтарь храма и даже шире – любая пространственная точка в ея глубинном измерении. Изменение в Символе веры Егоже Царствию несть конца на не будет конца в ходе церковной реформы ХVII века на самом деле означало отворение времени вместо отворения рая. И хотя сам лично Патриарх Никон был все еще привержен идее Рая мысленного (так называется написанная им сами книга житий и поучений), хотя и строил свой Новый Иерусалим как образ этого рая, произведенные при нем перемены богослужения имели катастрофические последствия – на самом деле именно через них Россия перестала быть «градом ограждения» и фактически уже тогда стала частью «мирового сообщества», конвенционально объединенного идеей линейной, прогрессивно развивающейся истории. Все остальное было только следствием – вплоть до распада русского пространства в 1991 году. «Мiр держится на закрепках литургических», - писал о. Павел Флоренский. Невозможно так просто отвязаться от мысли о том, что отъятие Удерживающего ныне, о котором святой апостол Павел говорит во Втором Послании к Солунянам, произошло именно тогда и именно в связи с этим изменением, по сравнению с которым все остальные «новины» были не так уж и страшны. На волю было выпущено время, а власть Российских Императоров, которую чаще всего отождествляют с «удерживающим», на самом деле закономерно «отвалилась» два с половиной века спустя, хотя и просияла в мученическом венце последнего ея носителя. А через 74 года рассыпалось и пространство. Время победило.

Не удивительно, что события 1917 года – причем, конечно, не февральские, а именно октябрьские, были встречены Клюевым (а, может быть, и «наволхвованы» им) как отворение рая и сбрасывание времени вместе с его князем в «езеро огненное». Конец петербургской России он видел как конец «России» вообще и начало «Руси», Руси дораскольной, но только уже не в качестве «града ограждения», а раскрывающейся всему мipy, прежде всего народам Востока. Об этом много и хорошо сказано в статье о Клюеве Александра Дугина «Параллельная Родина» (см. его книгу «Тамплиеры пролетариата», М., 1997), и мы не будем здесь повторять положений этой статьи, которые в целом разделяем. Отметим лишь некоторые дополнительные обстоятельства.

В знаменитом стихотворении 1918 года о Ленине со строкой о «Поморских ответах» есть финальные строфы, которые всегда нарочито игнорировало как советское, что понятно, литературоведение, так и антисоветское, что, впрочем, так же понятно:

Спросить бы у тучки, у звезд,
У зорь, что румянят ракиты…
Зловещ и пустынен погост,
Где царские бармы зарыты

Их ворон-судьба стережет
В глухих преисподних могилах…
О чем же толкует народ
В напевах татарско-унылых?

Революция оказывается абсолютной полночью, точкой nigredo, точкой чернее черной черни. «Нужна жертва, и этой жертвой буду я, -- записывал в дневнике Царь-Мученик. В алхимической символике стадию nigredo, умерщвления и согнивания нашего меркурия сопровождает ворон. Как правило, он сидит на гробе. Но сидит для того, чтобы Царственный младенец воскрес и многажды, потенциально до бесконечности, преумножил свое царство! Красному знамени большевиков (красный цвет – цвет воскресения) они сами не соответствовали, в то время как анархисты с их черным флагом и мертвой головой на нем были единственно адекватны “исторической полуночи”.

Однако клюевское восприятие революции оказывается по ту сторону и марксизма и анархизма. Он пишет вообще не о том.

Браду морскую, волосья мира
Коммуна-пряха спрядает в нить.

Речь, конечно же, идет о древнейшем роде “царей-мореплавателей” (Ж.Робен), длинноволосых “царей от моря”, “the Long-haired Kings» (J.M.Wallace-Hadrill). Это и есть «род Китовраса», одним из важнейших геральдических обозначений коего был медведь. Некоторые исследования (и не только наши) приводят к обнаружению того, что наш Рюрик происходил от них же. Но этот истинно царский род, восходящий, по одной линии к троянским царям, по другой – к раннехристианской общине – через Иосифа Аримафейского – и оказывается историческим, земным проявлением рода «царей Маковицких»: в той же «Повести об антихристе» Иосиф Аримафейский именуется Иосией Маковицким. Значит, во имя воскресения этого рода принес себя в жертву последний российский Император!

Знал ли все это Никола Клюев? Несомненно, знал, как и многое иное, о чем знало русское Поморье. Потому и был «послом от медведя», того самого, с которым может быть отождествлен и геноновский «Царь Мipa», он же пресвитер Иоанн, он же Иоанн Богослов, «над царями царь, над попами поп».

Борони, Иван волосатый,
Берестяный семиглаз…
Туркестан караваном ваты
Посетил глухой Арзамас.

Арзамас как точка священной географии Руси появляется у Клюева довольно часто, как, между прочим, и Саров (Арзамасского уезда), и Афон. Это значит, что он, по крайней мере после 1917 года, уже проявляет себя не как «чистый старообрядец», а как своеобразный «единоверец», певец единого Древлеправославия, провозвестник единства. В чисто церковной среде таким был новомученик Андрей, князь Ухтомский, кстати, официальный прямой потомок Рюрика.

И все-таки обратимся к статье А.Дугина:

«То, что «не уместилось» в большевизме в случае личного и творческого пути Клюева, предельно прозрачно. Большевики на официозном уровне воспринимали свой приход как очередной шаг вперед, а, следовательно, оправдывали и предыдущий «буржуазный» этап в сравнении с феодальным. Конечно, в оценке Энгельсом и Марксом феодализма в сравнении с капитализмом сквозит почти откровенная симпатия. Но на уровне рационального дискурса марксизма это выражено не достаточно ясно, и даже, скорее, утверждается однонаправленная поступательность исторического процесса; а это входит в разрез с традиционным мировоззрением, основанным на идее циклического времени».

Добавим от себя: можно сколь угодно провозглашать борьбу с буржуазным Западом, воссоздавать московский тягловый строй, созидая «град ограждения» – если при этом менять сакральный юлианский календарь на западный григорианский (вполне в духе церковных реформ ХVII в., дабы «вписаться» в «общеисторический процесс», игнорируя неоспоримый факт собственного ритма каждой цивилизации) – все усилия будут тщетны. Революцию по старцу Филофею, которая была неизбежна, подменили революцией по Марксу. Политически истинной, действительно русской революцией была бы встреча монархии и рабоче-крестьянского, даже социалистического движения (по Конст.Леонтьеву), экклезиологически – восстановление дораскольного единства Русской Церкви (по епископу Андрею). В этом случае Красное знамя Советов стало бы Красным стягом Куликова поля. Но этого не произошло, прежде всего, по двум причинам – буржуазно-чиновничьей опоры исторической формы монархии и господства марксизма в рабочем движении.

«Трагедия Клюева – свидетельство того тончайшего процесса, который завязал в далекие 20-е превопричины краха Москвы в наши 90-е» (А.Дугин). «Великое Делание» не удалось, как не удалось оно в свое время у долгие годы пытавшегося работать у атанора первого русского масона Ивана Перфильевича Елагина…

Замечательно при этом, что Клюев находит в совершающемся следы совершения «работы», преследующей по видимости очень похожие, но на самом деле совершенно противоположные цели.

Незабудки в крови малютки,
На лесной сосновой тропе
Багровеют целые сутки,
Как роса на житном снопе.

В Заонежье, в узорных Кижах,
Где рублевский нетленный сад,
Стальноклювый гость из Парижа
Совершает черный обряд.

Здесь очень важно не только точное указание на происхождение «гостя» – «из Парижа», но и присутствие того же алхимического ворона («стальноклювый» – сталь, Acier также алхимический термин субстанции, отворяющей первоматерию), что и в строках о царских бармах. «Гость», по-видимому, делает то же (или по видимости то же) самое, а, следовательно, «кровь малютки» есть также ключ к неким «царским бармам», некое отношение к хранению которых имеет «гость». Это та же чаша Китовраса, но только наоборот. То, что свержение Бурбонов в ХVIII веке во Франции и Романовых в начале ХХ века в России было окрашено в республиканско-демократические тона, лишь для «внешних», сегодня более чем очевидно. Но почему именно «из Парижа»? Если речь идет о масонах, как это может представляться на первый взгляд, то в одинаковой степени можно говорить и о Лондоне, и об Амстердаме, и тем более о Нью-Йорке. Но тема «масонского» (или «жидо-масонского») заговора вообще не интересовала Клюева, а, следовательно, речь здесь идет о чем-то ином, и причем вполне определенном, совершенно конкретном. Интересующихся данным вопросом за более подробными разъяснениями отсылаем в главе из нашей работы «Русь Мipoвеева» под названием «Священная загадка» или священная тайна? (на сайте www.chevengur.ru). Суть в следующем. После каролингской узурпации VII-VIII веков и утверждения римо-католицизма в Европе (прежде всего, в государстве франков), представители группы аристократических родов, которые французский исследователь Александр де Даннан определяет как «черные роды», а мы объединяем под именем «мелюзинитов», выдали себя за наследников «первой расы» королей (тех самых, «длинноволосых», о которых здесь уже шла речь) и в борьбе за власть окончательно встали на службу «тайне беззакония». Именно с этой линией «парижского оккультизма» связана эзотерико-политическая идея о «Великом Монархе Европы», которого, по нашему предположению, можно отождествить с лжепророком Апокалисиса. Именно эти роды стояли за эзотерико-политическим «Орденом Приората Сиона», рекламе которого посвящена известная, содержащая много ценной информации, но в целом кощунственная книга трех английских авторов. По нашему мнению – это следует подчеркнуть сугубо – наследие действительно истинного царского рода этими кругами лишь узурпировано и деятельность их по существу всегда находилась в том же русле, что и деятельность Каролингов и Ватикана. Впрочем, и совершение «гостем из Парижа» «черного обряда» в «полночь русской истории» не может не быть попущено Промыслом, если

Истекли кровавые сроки
На всемирных тяжких часах

- из того же стихотворения. Отсюда вытекает двойная роль «ворона». Но это уже иная тема.

Если же говорить о Клюеве, то легко может возникнуть вопросов – откуда все это было ему известно? И окажется, что «человеческого» ответа на этот вопрос нет и быть не может. Историк и литературовед будут искать его в его юности, в годах пребывания в среде старообрядческих начетчиков, книжная образованность которых неизмеримо превышает привычные представления, и это будет верно. Но только отчасти. Обращает на себя внимание настойчивая систематичность касания поэтом самых ключевых метаисторических вопросов – это означает, что речь идет не о книжном пересказе, но и не о поэтических озарениях. Речь идет о послании. От кого? Клюев сам ответил на этот вопрос – «от медведя».

Следует хотя бы в самых общих чертах сказать и о такой стороне «проблемы Клюева», как о представляющемся, мягко говоря, спорным клюевском эротизме. При этом одни этот эротизм ставят поэту в вину, другие – в заслугу. Неправы и те, и другие. Точнее, их правота (или неправота, что одно и то же) «человеческая, слишком человеческая».

Чаще всего ссылаются на отношение Клюева к Есенину и особенно на поэму «Плач о Есенине». Но дело все в том, что клюевская любовь (какой бы она ни была) лишь представляется человеческой любовью. В ней нет человеческого – а, следовательно, и чувственно-порочного; она засмертна.

С тобою бы лечь во честной гроб,
Во желты пески, да не с веревкой на шее!…
Быль или небыль то, что у русских троп
Вырастают цветы твоих глаз синее?

Вспомним, кстати, незабудки в крови малютки…

В той реальности, которой всецело принадлежит Клюев, вообще трудно, если не невозможно, говорить о поле в здешнем, земном, человеческом измерении, хотя и в ней, по-видимому, есть существа по естеству «четные» и «нечетные». Клюев, быть может, имеет некое отношение к «нечетности», но какое именно – остается его тайной и не нам здесь о том рассуждать. Некий намек на малое-малое приближение к разгадке, впрочем, оставил сам Клюев:

По Заонежью бродят сказки,
Что я женат на Красоте

Что у меня в суставе – утка,
А в утке – песня-яйцо…

Слилась с кометой незабудка (sic! – В.К.) В бракоискусное кольцо.

Речь здесь о «внутренней жене», обретаемой только аскетами. Это женственная природа души, к которой взывал преподобный Андрей Критский: «Душе моя, душе моя, востани, что спиши?» Она, эта «внутренняя жена» и диктует поэтические строки, подобные строкам о Есенине. Поэзия всегда в известном смысле женственна, сапфична – даже тогда, когда простодушный «автор» об этом ничего не подозревает. Но о Клюеве этого не скажешь – он более чем знает все, о чем пишет. В случае Клюева можно говорить лишь об «ином эросе», почти невозможно о поле и совершенно невозможно, недопустимо – о «сексе». Человеческому взору мерещится, «мстится» то, чего нет, но что своим «несуществованием» неким образом намекает на засмертную, нечеловеческую целостность.

Брачная пляска – полет корабля
В лунь и агат, где Христова земля.

Это она, та самая пляска Давыдова перед скинией…

Все сказанное лишь приближение к прочтению клюевского послания. Оно – по ту сторону поэзии, по ту сторону истории. Оно – из глубин нашего «внутреннего Поморья», «внутреннего Заволжья», «внутреннего Севера».

Клюев – «наше все».

Новая книга
Валерий Коровин - Третья мировая сетевая война

События
Все книги можно приобрести в интернет-магазине evrazia-books.ru или в офисе МЕД +7(495)926-68-11


Александр Дугин "Путин против Путина", Яуза, 2012


Леонид Савин "Сетецентричная и сетевая война." МЕД, 2011

Мартин Хайдеггер
Александр Дугин. "Мартин Хайдеггер: философия другого Начала", Академический проект, Москва, 2010

Русское время
Русское время. Журнал консервативной мысли, №2, 2010

Португальская служанка
Жан Парвулеско "Португальская служанка", Амфора, 2009

Против либерализма
Ален де Бенуа "Против либерализма. К четвертой политической теории", Амфора, 2009

Сетевые войны
Сетевые войны. Угроза нового поколения, Евразийское движение, 2009

Александр Дугин - Четвёртая политическая теория
Александр Дугин. "Четвёртая политическая теория", Амфора, 2009

Русское время - Журнал консервативной мысли
Вышел первый номер журнала консервативной мысли <Русское Время>

Александр Дугин - Радикальный субъект и его дубль
Александр Дугин. "Радикальный субъект и его дубль". Евразийское движение, 2009

Архив

Прочти по теме

Иудаизм
[ Иудаизм ]

·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Окончание) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Продолжение) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (окончание) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (продолжение) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Другие | Индоевропейское и иудаистское понимание сакрального | 06.04.2009
·Иудаизм | Зеэв-Хаим Лифшиц | Иудейские законы и современность | Баланс традиции и модерна в отдельно взятой личности | 10.07.2007
·Иудаизм | Кризис религиозного сионизма | ''Государство Израиль - локомотив Избав
Тексты offline
Читайте в журнале "Крестьянка" №9 за сентябрь 2008 года

  • Александр Дугин: "Деконструкция Владислава Суркова"
  • Весь архив

    Темы
    · Все категории
    · Культура
    · Политология
    · Традиция
    · Философия
    · Экономика
    Evrazia.org


    Евразийская музыка

    Послушать

    рекламное

    Прочие ссылки
    Архив
    14 июня 2003, 10:13
    Александр Штернберг - "Я видел тьму" (2002)
    Александр Штернберг - "Я хочу быть скорее расстрелянным" (2002)
    Александр Штернберг - Монголы (2002)
    Александр Штернберг - Ах,Будда (2002)
    Александр Штернберг - "Кто осины зажег вдруг?" (2000)
    Александр Штернберг - "Много раз я хотел Вас спросить"
    Александр Штернберг - Сон-обезьяна (2001)
    Александр Штернберг - Смерть-Камыши (2000)
    Александр Штернберг - Азот (2000)
    Александр Штернберг - Девушка композитора (1998)
    ВЕСЬ АРХИВ