16 августа, среда
Поиск 
Декларации
Манифест АРКТОГЕИ >>

Мармеладъный (аудиоверсия) >>

Я летаю! (Николай Коперник mp3) >>

Книги Дугина

· Обществоведение для граждан новой России (2007) (new!) >>
· Конспирология (2005) >>
· Философия Войны (2004) >>
· Философия Политики (2004) >>
· Философия Традиционализма (2002) >>
· Эволюция парадигмальных оснований науки (2002) >>
· Русская Вещь (2001) >>
· Абсолютная Родина(1998) >>
· Тамплиеры Пролетариата(1997) >>
· Консервативная Революция (1994) >>
· Метафизика Благой Вести(1994) >>
· Гиперборейская Теория(1990) >>
· Мистерии Евразии(1989) >>
· Пути Абсолюта (1989) >>

Диссертационные исследования
Периодика
Альманах "Милый Ангел"

 номер 1
 номер 2
 номер 3
 номер 4


Журнал "Элементы":

 № 1 (Консервативная Революция)
 № 2 (Югославия и новый мировой порядок)
 № 3 (Элита)
 № 4 (Загадка социализма)
 № 5 (Демократия)
 № 6 (Эротизм)
 № 7 (Терроризм)
 № 8 (Национал-большевизм)
 № 9 (Постмодерн)


Газета Вторжение

Газета Евразийское Обозрение
Наше Audio
Цикл программ Finis Mundi
(в mp3 - low quality)
Рене Генон

Юлиус Эвола
 Густав Майринк
 Жан Бьес
 Мирча Элиаде
 Барон Унгерн
 Герман Вирт
 Фридрих Ницше
 Арх. Киприан (Керн)
 Жан Парвулеско
 Жан Рэй
 Петр Савицкий
 Ги Дебор
 Граф Лотреамон
 Николай Клюев
 Карл Хаусхофер

Песни Ганса Зиверса

Песни Евгения Головина
Серии/циклы
Сны ГИПЕРИОНА >>


А.Дугин АЦЕФАЛ >>



А.Дугин Rolling Stone >>


FAQ >>




А.Штернберг Барбело-гнозис(стихи) >>
Ю.Мамлеев Песни нездешних тварей(стихи) >>
Наши координаты
РФ, 125375, Москва, Тверская ул., дом 7, подъезд 4, офис 605,
телефон:
+7 495 926 68 11

Здесь можно всегда приобрести все книги, журналы, газеты, CD, DVD, VHS А.Дугина, "Евразийского Движения", "Арктогеи", ЕСМ и т.д.

Заказ книг и дисков.
По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

E-mail:
Директор:
Александр Дугин
Контент:
Наталья Макеева,
Дизайнер:
Варя Степанова

Наша рассылка . Введите Ваш e-mail, чтобы получать регулярную информацию о новинках и мероприятиях:

Ссылки

Счетчики

..
Дугин | Конспирология | Разведки, ордена, континенты (часть 3) | 2005 Напечатать текущую страницу
Оглавление "Конспирология"
А.Дугин
Конспирология, Москва, 2005

Разведки, ордена, континенты

(Часть 3)


Полюса Востока — от Магриба до Индокитая
“Востоком” принято считать территории, простирающиеся от Магриба (Северо-западная Африка) до Индокитая, Японии и Тихоокеанского ареала. Это понятие скорее цивилизационное и культурное, чем географическое, поскольку многие региона “Запада” географически лежат намного восточнее стран “Востока”. На африканском континенте к цивилизационному “Востоку” относятся области, населенные преимущественно арабами. До арабских завоеваний те же южные побережья Средиземноморья заселяли европейцы, и они входили в состав Римской Империи. Уже древние распознали Средиземное море не как разделяющее, а как объединяющее пространство, приравняв его стратегически к “озеру” или “внутреннему морю”. В такой геополитической перспективе можно рассматривать арабскую Северную Африку как южное продолжение западного сектора “береговой зоны” Евразии. Северная Африка может быть, таким образом, рассмотрена двояко: как крайне западный сектор “Востока” ( “Магриб” — арабское слово, обозначающее “запад”) и как южное продолжение Европы (это наследие римской традиции).

Эта двойственность возможной идентификации вынуждает оперировать одновременно с двумя кратополитическими моделями. С одной стороны, необходимо учитывать взаимоотношения между различными частями этого региона с точки зрения их функций в контексте исламских государств арабского мира (т.е. как самостоятельную часть “Востока”). С другой стороны, вся область представляет собой поле влияние европейских кратополитических полюсов, и поэтому должна рассматриваться в зависимости от кратополитического анализа Европы.

Самые западные регионы этого североафриканского сектора наиболее слабы кратополитически и более всего зависят от Европы. Это — Танжер, Марокко, Алжир и Тунис. Более всего стремится к выходу из-под опеки Европы и к самостоятельной позиции в арабском мире Алжир, бывшая колония Франции. Несмотря на ограниченность своего стратегического объема, Алжир потенциально мог стать одним из кратополитических полюсов в регионе.

Ливия, бывшая итальянская колония, в значительной степени обладает региональной самостоятельностью и претендует на одну из центральных ролей на всем арабском Востоке. Здесь крайне развиты антиатлантистские тенденции, неприязнь к морской цивилизации, популярны идеи объединения арабского мира в единый, противопоставленный Западу (но и независимый от северо-евразийсого блока) конгломерат.

Далее следует Египет, второй важнейший кратополитический полюс в данной области, где сосуществуют проевропейские, атлантистские элементы и тенденции панарабизма, чей смысл в целом одинаков, как в случае Египта, так и в случае Ливии, Ирака и Сирии. Разнятся лишь амбиции лидеров и конкретика предлагаемых проектов.

Израиль геополитически представляет собой совершенно чужеродный элемент в ткани арабского Востока. Это особняком стоящий кратополитический полюс, чье региональное значение заключается в исполнении роли прямого проводника атлантистских, западных, стратегических тенденций. Стратегическая мощь Израиля не является его самостоятельным достоянием как отдельного государства. По целому ряду исторических причин стратегический потенциал Израиля является прямым продолжением стратегического потенциала всего западного мира, и поэтому роль этого государства в контексте арабского Востока исключительно важна. Израиль является геополитическим рычагом прямого давления Запада на все страны арабского региона, причем Израиль выступает не как исполнитель воли какого-то одного из кратополитических полюсов Европы, но представляет весь Запад, а еще более точно, непосредственно США. Подобно тому, как Куба является стратегической базой Евразии у берегов США, так Израиль является прямой стратегической базой США в арабском мире. Отсюда колоссальное значение, которое играет эта маленькая страна не только в вопросах региональной ближневосточной политики, но и в вопросах мирового значения.

Более того, специфика еврейского народа, исторический факт расселения евреев во всех уголках земли, уникальность еврейской религии, сумевший сохраниться в течение многих тысячелетий, и наконец, экстраординарные социальные способности евреев, заставляет рассматривать Израиль и его значение в еще более широкой перспективе. Исключительная солидарность евреев между собой независимо от страны проживания, знаменитая “двойная лояльность” делает Израиль неким аналогом Ватикана, т.е. самостоятельной и суверенной кратополитической единицей. Конечно, при всем этом Израиль никак не может претендовать на особую геополитическую линию, но определенным и крайне специфическим кратополитическим суверенитетом эта страна, действительно, обладает, и зона влияния этого суверенитета выходит далеко за пределы Ближнего Востока, и даже Востока как такового. Почти равнозначными и равновеликими кратополитическими полюсами являются Сирия и Ирак, ориентированные панарабистски, но конкурирующие между собой за право первенства в этой сфере. Той же линии придерживается и маленькая Иордания.

Саудовская Аравия представляет собой совершенно иную кратополитическую реальность. Это полюс арабского мира, связавшего свою судьбу с атлантистской стратегией. Но если Израиль, исполняющий ту же функцию и по этническим и по религиозным признакам, разнится от окружающего арабского мира, и проводя атлантистскую, западническую стратегическую линию, напоминает более колонию, противопоставленную автохтонам, то Саудовская Аравия идет путем сознательно избранного альянса с Западом, сохраняя культурно и религиозно автохтонную идентичность. Отсюда совершенно особая роль, которую эта страна играет в общеарабском и, шире, общеисламском контексте Востока. Смысл этой роли в том, чтобы стратегически трансформировать арабский (исламский) мир в некое подобие “арабского Израиля”, в последовательный и покорный инструмент западной, точнее, американской планетарной политики.

Это очень важный момент — Израиль и Саудовская Аравия (плюс Бахрейн, Кувейт и некоторые другие богатые нефтедобывающие западно ориентированные страны) представляют на “арабском Востоке” не просто проевропейский полюс (как это имеет место в арабских странах северо-западной Африки), но прямые стратегические форпосты США. Это не только обычные береговые зоны, стоящие перед традиционной проблемой геополитического выбора, это прочные форпосты Мирового Острова, его проекции.

Перемещаясь далее на Восток мы попадаем в мир неарабского ислама, иначе называемого иногда “континентальным исламом”. Это три мощных и довольно самостоятельных кратополитических полюса — Турция, Иран, Пакистан.

Турция среди стран континентального ислама более всего тяготеет к Западу и исполняет в региональном масштабе роль, аналогичную Израилю или Саудовской Аравии. Это радикально атлантистская страна, член НАТО. В Турецкой кратополитике, однако, существует две конкурирующие тенденции — одна европейская, другая американская. Первая тенденция стремится ввести Турцию в общий контекст европейских береговых держав в качестве одного из полноценных элементов. Здесь акцент делается на Германию, страну, где в настоящий момент количество турецких эмигрантов достигло невероятно высокого уровня. В случае доминации такой линии Турция становится нормальным государством “береговой зоны”. Вторая тенденция заключается в приоритетной ориентации на США и атлантизм в чистом виде, т.е. в превращении всей турецкой территории в военно-воздушную базу США. Сильно в этой стране и фундаменталистское лобби, которое ориентировано на иную геополитическую модель — на автаркию или интеграцию с державами антизападной ориентации, такими как Иран.

Иран является полюсом антизападной политики не только в границах стран “континентального ислама”, но, шире, во всем исламском мире и даже в пределах всего “Востока”. Это наиболее евразийская и континентальная страна, последовательно проводящая курс на автаркию в отношении Запада (включая Европу) и особенно на отвержение атлантизма. При этом надо подчеркнуть, что Иран по своему стратегическому масштабу является весомым самостоятельным кратополитическим образованием, отдельным силовым полюсом.

Пакистан гораздо теснее связан с Западом, который поддерживал изначально создание этого исламского государства и его отделение от Индии. Пакистан далек от арабского мира и соперничает с континентально ориентированным Ираном. Поэтому он тяготеет к проведению американской стратегии в регионе.

Кратополитический дуализм Пакистана — Ирана проявился в афганской войне, где все исламистские силы моджахедов делились на проиранские и пропакистанские группировки. Пропакистанские силы ориентировались, в конечном итоге, на Запад, а проиранские — на исламский мир.

Сам Афганистан, растерзанный гражданской войной, по вполне понятным причинам самостоятельного кратополитического веса не представляет.

Особым статусом обладают недавно образовавшиеся исламские государства, входящие в СНГ. С геополитической точки зрения — это пространства, которые до последнего времени входили в состав прочного Евразийского блока, но в силу определенных обстоятельств превратились недавно в “береговые зоны”. Такое резкое изменение геополитического статуса делает позицию этих держав неопределенной. С одной стороны, устойчивыми остаются инерциальные континентальные, центростремительные силы и лобби. С другой стороны, нарастают тенденции вхождения в “береговой” пласт с возникновением новых проблем выбора и с усилением действия соответствующих кратополитических влияний соседних государств.

Наиболее масштабными державами являются Казахстан, Узбекистан и Туркменистан, которые могут при определенных обстоятельствах стать весомыми кратополитическими полюсами. Особое место в этой конфигурации занимают кавказские регионы, в которых процессы реструктурализации (того же перехода от статуса евразийской континентальной массы к “береговой зоне”) осложнены наличием там христианских стран и народов (Грузия, Армения, Осетия) и глубокой и давней интегрированностью в геополитику России.

Совершенно самостоятельным кратополитическим образованием “Востока” является Индия, государство, обладающее значительным стратегическим потенциалом и проводящее относительно независимую региональную политику. Индия является образцовым государством “береговой зоны”, в ней наличествуют весь набор соответствующих тенденций, причем в довольно равновесном состоянии. С одной стороны, несмотря на национально- освободительную борьбу против англичан сохраняются связи Индии с Западом, и особенно с англосаксонским миром. Это — атлантистская, талассократическая линия. С другой, Индия тяготеет к континентальной массе, отсюда устойчивая русофилия индийской политики. С третьей стороны, Индия очень ясно осознает свой “береговой статус” и стремится к усилению связей с иными “береговыми” державами (особенно это выразилось в активности Индии в движении “неприсоединившихся” стран).

В более узком кратополитическом аспекте Индия соседствует с довольно мощными государствами, имеющими собственные региональные интересы, чаще всего идущие вразрез с интересами Индии. На Востоке это исламский Пакистан, возникший как самостоятельное государство в результате сепаратистского восстания мусульман, населявших территорию Северной Индии. Исламский сепаратизм, опирающийся на Пакистан, является постоянным дестабилизирующим фактором и внутри самой Индии — в штате Пенджаб.

С востока у Индии иной не очень дружелюбный сосед — Китай, представляющий собой не просто державу, но альтернативную цивилизацию, гигантское стратегическое, демографическое и экономическое пространство, имеющее свои планы на весь регион. Сам Китай -- настолько грандиозное государство, что существует тенденция рассматривать его как самостоятельный геополитический полюс, идущий на смену глобального противостояния России-Евразии и атлантистского мира во главе с США. Это ошибочное мнение основано на смешении между собой двух планов стратегического анализа — геополитического и кратополитического. С точки зрения геополитики, Китай, несмотря на весь свой масштаб остается лишь широкой “береговой зоной” и относится к категории промежуточных пространств, обусловленных противостоянием посторонних в отношении его самого полюсов — евразийско-континентального (Россия) и атлантистско-морского (США). Для того чтобы выступать в качестве самостоятельной геополитической реальности, Китаю остается занять внутренние пространства Heartland’а, включающие как Сибирь, так и восточную территорию России. Пока же этого не произошло, геополитическая роль Китая остается геополитической вторичной, зависимой и “береговой”. С другой стороны, Китай является самостоятельным и вполне суверенным кратополитическим субъектом, и может быть, именно в случае Китая различие между кратополитикой и геополитикой особенно выразительно и наглядно. Не являясь геополитическим субъектом, Китай является масштабным и могущественным кратополитическим субъектом, обладающим значительной степенью суверенности и свободы действий на региональном уровне. Особое положение в кратополитической карте Дальнего Востока занимают Вьетнам, Северная Корея и Монголия, которые со стратегической точки зрения представляют собой прямое продолжение континентальной державы и могут быть рассмотрены как форпосты Евразии, хотя Северная Корея обладает значительной долей кратополитической автаркии в региональном масштабе. И напротив, Южная Корея представляет собой плацдарм атлантизма, равно как и иные тихоокеанские государства, стратегически напрямую входящие в состав сил моря.

И, наконец, совершенно отдельно следует рассматривать Японию, государство, настолько уникальное в общем контексте соседних держав, что его, как и Китай, иногда ошибочно зачисляют в самостоятельный геополитический центр, повторяя ошибку смешения кратополитики с геополитикой.

Япония - могущественный кратополитический субъект тихоокеанского региона, имеющий значительное влияние на восточную часть всего евроазиатского ансамбля. По своему значению Япония сопоставима с Англией, но геополитически с обратным знаком. Если Англия стала полюсом талассократических тенденций, то Япония, напротив, несмотря на свое островное положение, оставалась полюсом континентальной культуры и цивилизации. Отсюда традиционный консерватизм Японии, устойчивость ее традиций, которая сохраняется несмотря на эффективное освоение современных технологий в материальной сфере. Если сравнение с Англией подчеркивает ее особость относительно окружающих стран, то сравнение с Германией указывает на интеграционистский характер ее кратополитики, ориентированной на вовлечение в сферу своего влияния многочисленных островных и материковых пространств.

Япония традиционно отличается крайней антипатией к талассократии, к Западу, к духовному модернизму (хотя успешно заимствует модернизацию техносферы). Главным же региональным соперником Японии является Китай. В геополитическом смысле, Китай долгое время был английской колониальной территорией и служил базой атлантизма на Дальнем Востоке. Япония же традиционно противилась вовлечению в западную морскую реальность. Отсюда древний конфликт, и соответственно, прокитайские симпатии атлантистского лобби в самой Японии, и антикитайские тенденции лобби евразийского, среди европейских держав более всего ориентированного на Германию.

Малые кратополитические ансамбли
Остальные страны — африканские, тихоокеанские и азиатские — не являются важными кратополитическими областями, представляя собой периферию геополитических позиционных напряжений и завися от внешних более могущественных держав.

Конечно, кратополитический и даже геополитический анализ Африки возможен, недаром многие страны этого континента были ареной жесточайших битв между атлантистами и евразийцами во второй половине ХХ века, а сам процесс колонизации, а потом деколонизации отражал динамику кратополитических полюсов Европы и Америки. Но в целом, кроме Южно-Африканской Республики, являющейся в своем элитном слое белой страной, в Африке нет ни одного самостоятельного кратополитического полюса, сопоставимого с мощными региональными державами Европы, Азии и даже Латинской Америки (не говоря уже о геополитических субъектах). Да и сама ЮАР стремительно теряет государственное кратополитическое единство под воздействием внутренних расовых и этнических кризисных процессов. Остается еще Австралия, развитая страна, населенная (в основном, в береговых областях) европейцами, в подавляющем большинстве англосаксами. Но будучи отдаленной от берегов Евразии и других стратегически ключевых пространств, Австралия практически лишена какого-то кратополитического и тем более геополитического самостоятельного значения, оставаясь лишь вспомогательной зоной атлантистского влияния. То же самое справедливо и относительно Новой Зеландии.

Конечно, переходя к более близкому масштабу вполне возможно разбирать кратополитическую ситуацию и в микромасштабе, анализируя более локальные соотношения сил между народами и странами, не являющимися не только геополитически центральными, но и не обладающими статусом кратополитической субъектности. В определенных случаях это как раз и необходимо. Но в такой ситуации внешним предопределяющим фактором будет построение кратополитического контекста, в рамках которого ведется более пристальный анализ.

К примеру, рассмотрение внутреннего конфликта в Судане, стране, не обладающей необходимым объемом для того, что выступать в качестве кратополитического субъекта, предполагает помещение его в контекст геополитики атлантизма и Ватикана (внешние силы, поддерживающие население южных областей, преимущественно христиан или анимистов, ориентированных на сепаратизм в отношении основной исламской зоны страны со столицей в Хартуме), с одной стороны, и в исламско-арабскую реальность — с другой (в этом контексте сам исламский Хартум опирается на фундаменталистские силы Иран и панарабские тенденции). Иными словами, анализ малых кратополитических величин возможен в контексте их помещения в общую схему, где действуют кратополитические субъекты и основные актеры планетарной геополитической дуэли.

Три человечества
Описав в самых общих чертах геополитическую и кратополитическую картину мира, мы вплотную подошли к выяснению структуры спецслужб и их соотношения между собой, их иерархии, их специфики.

Существует высший уровень спецслужб, соответствующий тому, что мы назвали двумя “геополитическими орденами”. Можно назвать их “метаспецслужбами” или “метастратегическими центрами”. Таких центров должно быть только два, хотя их филиалы могут (и должны) находиться среди многочисленных кратополитических центров более низкого уровня. Одна из двух “метаспецслужб” — орден Евразии, другая — орден Атлантики. Аналитики и участники этих организаций имеют дело исключительно с геополитической картой, описывающей цивилизационный дуализм и промежуточные, “береговые” пространства. Каждый из орденов заинтересован в триумфе своей цивилизационной парадигмы — теллурократической или талассократической. Причем, служение этому цивилизационному принципу здесь выше лояльности какому-то конкретному государству или народу.

С социологической точки зрения, типичным представителем геополитического ордена является человек с “утроенным сознанием” или “пневматик”. Это особый и довольно редко встречающийся тип людей, способный усвоить одновременно три параллельные интерпретационные системы применительно к одному и тому же факту или явлению. Как сама геополитика является дисциплиной, синтезирующей данные множества предшествующих дисциплин, так и “пневматики” “метаспецслужб” синтезируют данные, полученные всей совокупностью других, более конвенциальных подразделений спецслужб обычных. Эти два ордена, по определению, должны быть намного более засекречены и покрыты непроницаемой завесой тайны, нежели обычные органы разведки и контрразведки, которые, в свою очередь, являются закрытыми организациями.

Централами геополитических орденов являются, соответственно, Россия (для Евразии) и США (для атлантизма). Здесь следует искать истинных центров геополитических решений, хотя влиятельные и концептуально значимые филиалы могут находиться и в других местах соответствующих стратегических регионов. Смысл всей тайной истории международной политики сводится к противостоянию двух геополитических орденов, к их непрерывной борьбе, к их напряженному и скрытому от внешних глаз позиционному противостоянию, покрытому такой завесой секрета, что подчас даже высшие сотрудники обычных спецслужб не имеют о ней никакого определенного представления. И тем не менее, именно в этой сфере лежат ключи к пониманию истинного содержания столкновения цивилизаций, великой войны континентов.

Обычные спецслужбы принадлежат к кратополитическому уровню, который является, в сущности, подчиненным и второстепенным относительно глобальной цивилизационно-геополитической модели. Но сама эта подчиненность до конца осмысливается и признается только на очень высоком концептуальном уровне, граничащем с собственно геополитическими централами. На всех остальных уровнях доминирует кратополитический анализ ситуации, где высшим силовым и стратегическим критерием берется принцип кратополитической субъектности. Иными словами, спецслужбы тех государств, которые обладают статусом кратополитических субъектов (выше мы эти государства бегло перечислили), считают сами себя последней инстанцией в вопросах выработки и реализации силовой стратегии в региональном масштабе, применительно как к спорным и нейтральным пространствам (с более низким кратополитическим статусом), так и к иным самодостаточным кратополитическим субъектам. Реальная стратификация и конфигурация спецслужб крупных государств соответствует именно такой кратополитической картине — как правило, в самостоятельные отделы выносятся направления деятельности, связанные с конкретным кратополитическим ареалом регионального или планетарного уровней.

Если рассматривать обычные спецслужбы как основные институты теории и практики кратополитики, то следует признать, что количество таких спецслужб будет намного меньше существующих государств. Следует всерьез рассматривать разведку и контрразведку только тех государств, которые обладают полноценным статусом кратополитического субъекта.

К примеру, существует английские, французские, немецкие спецслужбы в Европе. И это полноценные образования, законченные кратополитически структуры. К ним по значению приближается и “спецслужбы Ватикана”. Но вместе с тем испанские, итальянские, греческие или португальские спецслужбы не являются их аналогами. Их следует рассматривать как геополитические филиалы, а еще точнее, как территорию, на которой действуют представители внешних и самостоятельных кратополитических организаций. Точно так же обстоят дела и в иных регионах, где локальные системы безопасности и разведки несамостоятельных кратополитических субъектов выступают как сцена осуществления проектов и операций, задуманных и курируемых из внешних центров — из тех стран, которые, напротив, кратополитической самостоятельностью обладают вполне.

Полноценные кратополитические спецслужбы состоят преимущественно из людей “раздвоенного сознания”, “психиков”. И конкретная профессиональная подготовка таких людей сопряжена с их обучением навыкам оперирования с двумя интерпретационными моделями одновременно. Так как такая особенность предполагает необычные личные качества, способствующие легкости дифференциации от обычной окружающей среды, то классическими представителями спецслужб являются люди неординарного психического склада или представители маргинальных — в этническом, социальном или еще каком-то смыслах — общественных групп. Сплошь и рядом такими людьми становятся личности, склонные к небанальному видению мира, но в отличие от творческой богемы или психически неуравновешенных персонажей, способные долговременно и достоверно имитировать все особенности обыкновенного обывателя. “Психики” — актеры, простирающие нормативы своей профессии на всю экзистенцию. Из такой схемы легко понять, что в тех государствах, которые не обладают кратополитической самостоятельностью и соответствующим статусом субъектности, сотрудники спецслужб делятся на две категории — одна часть (большинство) наделена психологией обычной полицейской службы, т.е. представляют собой классических правоохранительных деятелей, а другая часть (меньшинство) отождествляет себя с внешним кратополитическим центром, в интересах которого и работает. Во втором случае уровень “раздвоения сознания” напоминает соответствующий уровень полноценных кратополитических агентов и подчас влечет за собой смену национальной и культурной самоидентификации (что, впрочем, не редкость для всей сферы “секретных служб” в целом, так как сам архетип ее сотрудников и сфера их деятельности предполагает определенную дифференциацию по отношению к окружающей их социальной и культурной среде).

Структура спецслужб тех государств, которые представляют для кратополитических центров минимальное значение (что бывает довольно редко), сводится целиком и полностью к разновидности внутренних войск или полиции.

И, наконец, подо всем этим многоэтажным уровнем закрытых систем находится собственно правовая область, в которой в полной мере действуют внешние открытые законы, формально зафиксированные в законодательных и нормативных актах. Юридическая сфера и, соответственно, специалисты по гражданскому, уголовному и международному праву представляют собой высшую сферу “профанической” действительности. Это — поле существования “гиликов”, “обычных людей”, ограничивающих свое существование одномерными горизонтальными представлениями о реальности и подчиненные внешним формальным (и неформальным, но разделяемым большинством) юридическим и этическим нормативам. Эта сфера, естественно, в свою очередь, крайне дифференцирована, и включает как специалистов и профессионалов в интерпретации определенных социальных и природных закономерностей, так и людей, ограничивающихся упрощенными суррогатами в объяснении бытия. Но вся эта “несекретная” область общественной жизни оперирует с горизонтальными интерпретационными системами и опирается на тот психологический тип, который принято считать “среднестатистической нормой”.

Большинство населения всех стран, независимо от их геополитического или кратополитического статуса, принадлежит именно к этой самой распространенной “профанической” категории и остается неизменно пленниками “мифа первой степени”. Эти “мифы первой степени” являются результатом искусственной адаптации некоторых кратополитических истин применительно к одномерному уровню “среднестатистического большинства”, причем мифы эти формулируются, корректируются и трансформируются в соответствии с потребностями кратополитических структур. Наиболее показательным мифом такого рода является “миф о суверенности”, лежащий в основе как многочисленных штампов обыденного сознания, так и основополагающих конститутивных актов всех государств. Минимальным суверенитетом могут обладать только реальные кратополитические субъекты, следовательно, в остальных случаях горизонтальный “миф первой степени” является совершенно несостоятельным, и люди, принимающие его всерьез, отчаянно заблуждаются. Но и кратополитический суверенитет, там, где он имеет место на самом деле, целиком и полностью зависит от более высокого геополитического уровня, и от этого заблуждение профанов становится еще более вопиющим. “Кратополитика”, с которой оперируют посвященные, предлагает “психикам” “миф второй степени”, намного более состоятельный, нежели предыдущий, но все же менее адекватный, чем высший геополитический миф, являющийся “мифом третьей степени”. На этом уровне суверенность Германии, Франции, Турции или даже Китая в свою очередь рассматривается как заблуждение, но теперь не как заблуждение “профанов”, а как заблуждение “посвященных”. Посвященных, не преодолевших важной черты, отделяющей “психиков” от “пневматиков”.

Такова в самых общих чертах социальная функция спецслужб, соотнесенная с геополитикой и рассмотренная в свете многочисленных соответствий между организационным, психологическим, интерпретационном и юридическим уровнями.


Оглавление «Конспирология»
Новая книга
Валерий Коровин - Третья мировая сетевая война

События
Все книги можно приобрести в интернет-магазине evrazia-books.ru или в офисе МЕД +7(495)926-68-11


Александр Дугин "Путин против Путина", Яуза, 2012


Леонид Савин "Сетецентричная и сетевая война." МЕД, 2011

Мартин Хайдеггер
Александр Дугин. "Мартин Хайдеггер: философия другого Начала", Академический проект, Москва, 2010

Русское время
Русское время. Журнал консервативной мысли, №2, 2010

Португальская служанка
Жан Парвулеско "Португальская служанка", Амфора, 2009

Против либерализма
Ален де Бенуа "Против либерализма. К четвертой политической теории", Амфора, 2009

Сетевые войны
Сетевые войны. Угроза нового поколения, Евразийское движение, 2009

Александр Дугин - Четвёртая политическая теория
Александр Дугин. "Четвёртая политическая теория", Амфора, 2009

Русское время - Журнал консервативной мысли
Вышел первый номер журнала консервативной мысли <Русское Время>

Александр Дугин - Радикальный субъект и его дубль
Александр Дугин. "Радикальный субъект и его дубль". Евразийское движение, 2009

Архив

Прочти по теме

Иудаизм
[ Иудаизм ]

·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Окончание) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Продолжение) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (окончание) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (продолжение) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Другие | Индоевропейское и иудаистское понимание сакрального | 06.04.2009
·Иудаизм | Зеэв-Хаим Лифшиц | Иудейские законы и современность | Баланс традиции и модерна в отдельно взятой личности | 10.07.2007
·Иудаизм | Кризис религиозного сионизма | ''Государство Израиль - локомотив Избав
Тексты offline
Читайте в журнале "Крестьянка" №9 за сентябрь 2008 года

  • Александр Дугин: "Деконструкция Владислава Суркова"
  • Весь архив

    Темы
    · Все категории
    · Культура
    · Политология
    · Традиция
    · Философия
    · Экономика
    Evrazia.org


    Евразийская музыка

    Послушать

    рекламное

    Прочие ссылки
    Архив
    7 июля 2005, 16:24
    Дугин | Конспирология | Разведки, ордена, континенты (часть 3) | 2005
    Дугин | Конспирология | Разведки, ордена, континенты (Часть 2) | 2005
    Дугин | Конспирология | Разведки, ордена, континенты | 2005
    Дугин | Конспирология | ''Империя'': глобальная угроза | 2005
    Дугин | Конспирология | Нью-Йорк, 11 сентября – год спустя | 2005
    Дугин | Конспирология | Дорога к Армагеддону | 2005
    Дугин | Конспирология | Имперостроители зла | 2005
    Дугин | Конспирология | Мондиализм и антимондиализм | 2005
    Дугин | Конспирология | Анатомия мондиализма | 2005
    Дугин | Конспирология | Угроза мондиализма | 2005
    ВЕСЬ АРХИВ