АРКТОГЕЯ
ф и л о с о ф с к и й   п о р т а л
22 июня, четверг
Поиск 

Главная | Новый Университет | Аналитический портал "Евразия" | Фотогаллерея | Библиотека | Персоналии | Глоссарий
Декларации
Манифест АРКТОГЕИ >>

Мармеладъный (аудиоверсия) >>

Я летаю! (Николай Коперник mp3) >>

Книги Дугина

· Обществоведение для граждан новой России (2007) (new!) >>
· Конспирология (2005) >>
· Философия Войны (2004) >>
· Философия Политики (2004) >>
· Философия Традиционализма (2002) >>
· Эволюция парадигмальных оснований науки (2002) >>
· Русская Вещь (2001) >>
· Абсолютная Родина(1998) >>
· Тамплиеры Пролетариата(1997) >>
· Консервативная Революция (1994) >>
· Метафизика Благой Вести(1994) >>
· Гиперборейская Теория(1990) >>
· Мистерии Евразии(1989) >>
· Пути Абсолюта (1989) >>

Диссертационные исследования
Периодика
Альманах "Милый Ангел"

 номер 1
 номер 2
 номер 3
 номер 4


Журнал "Элементы":

 № 1 (Консервативная Революция)
 № 2 (Югославия и новый мировой порядок)
 № 3 (Элита)
 № 4 (Загадка социализма)
 № 5 (Демократия)
 № 6 (Эротизм)
 № 7 (Терроризм)
 № 8 (Национал-большевизм)
 № 9 (Постмодерн)


Газета Вторжение

Газета Евразийское Обозрение
Наше Audio
Цикл программ Finis Mundi
(в mp3 - low quality)
Рене Генон

Юлиус Эвола
 Густав Майринк
 Жан Бьес
 Мирча Элиаде
 Барон Унгерн
 Герман Вирт
 Фридрих Ницше
 Арх. Киприан (Керн)
 Жан Парвулеско
 Жан Рэй
 Петр Савицкий
 Ги Дебор
 Граф Лотреамон
 Николай Клюев
 Карл Хаусхофер

Песни Ганса Зиверса

Песни Евгения Головина
Серии/циклы
Сны ГИПЕРИОНА >>


А.Дугин АЦЕФАЛ >>



А.Дугин Rolling Stone >>


FAQ >>




А.Штернберг Барбело-гнозис(стихи) >>
Ю.Мамлеев Песни нездешних тварей(стихи) >>
Наши координаты
РФ, 125375, Москва, Тверская ул., дом 7, подъезд 4, офис 605,
телефон:
+7 495 926 68 11

Здесь можно всегда приобрести все книги, журналы, газеты, CD, DVD, VHS А.Дугина, "Евразийского Движения", "Арктогеи", ЕСМ и т.д.

Заказ книг и дисков.
По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

E-mail:
Директор:
Александр Дугин
Контент:
Наталья Макеева,
Дизайнер:
Варя Степанова

Наша рассылка . Введите Ваш e-mail, чтобы получать регулярную информацию о новинках и мероприятиях:

Ссылки

Счетчики

..
Метафизика | Евгений Головин: ''Пурпурная субстанция обмана'' | 01.12.2005 Напечатать текущую страницу

Пурпурная субстанция обмана

Евгений Всеволодович Головин

Пурпурная субстанция обманаЧто мы подразумеваем, когда говорим “пурпур”? Из любой энциклопедии античного мифа можно узнать, что различные ткани, а в особенности виссон, окрашивали краской, извлекаемой из особых пурпурных моллюсков. Авторы соответствующих статей говорят, что тому есть доказательства – миллионы пустых раковин лежит на берегах Пиренеев, Апеннин и т. д.

Разумеется, эти сведения заслуживают внимания, но если вспомнить о том, что слово “пурпур” обычно ассоциируется с императорским статусом, то моллюски как-то сами собой отходят на второй план. Однако, у Павсания можно найти следующее замечание: “Пурпур – это изначально белая ткань, на которую маги очень высокой степени посвящения умеют перевести кровь заходящего солнца, в результате чего он и получается”.

Вот это-то впервые и приводит нас к понятию “Пурпурной субстанции обмана”. Ведь в данном случае кто-то обманывает – либо историки-материалисты, которые смотрят в корень, говоря насчёт моллюсков, либо историк и поэт Павсаний, который, наверняка, был фантазёром, потому что очень трудно представить, как кровь заходящего солнца можно перевести и зафиксировать на ткани.

О слове “субстанция” никто не может ничего сказать. Каждый философ трактует это слово по-разному, поэтому на нём и не стоит останавливаться. Это “нечто материальное”, “нечто фундаментальное”, а дальше никто ничего не знает...

Слово “обман”. Сложный термин на самом деле. Чтобы пояснить это утверждение, лучше всего будет привести банальный пример из жизни. Допустим, сегодня мы встречаемся с человеком и назначаем ему на завтра свидание. Проблема в следующем: когда мы приходим на следующий день и встречаем этого человека, тот ли это самый человек - или это обман? Это не такой уж и простой вопрос. Конечно, можно сказать так: от того, что этот человек одел другое пальто или сделал себе другую причёску, он не перестаёт быть собой. Но это далеко не так. Чтобы убедиться в этом, проведём параллель с одной главой из книги Рене Генона “Символизм креста”.

Генон излагает вещь, в общем, общеизвестную (он вообще любит простые вещи), но внимание на ней он акцентирует в любопытном ракурсе. Он пишет, что мы не можем очертить замкнутой линии, т. е. начало и конец любой замкнутой линии не совпадают. Это представляется любопытным в том плане, что, возвращаясь к нашему примеру, если мы назначаем свидание человеку и встречаем его на следующий день, не есть ли это совпадение начала и конца, т. е. не уверились ли мы, что делаем таким образом некую замкнутую кривую – встречаемся второй раз с тем же самым человеком. И поскольку Генон, и не только он, отрицает возможность замкнутой линии (что и понятно – нужна идеальная плоскость, нужно трёхмерное пространство, что суть всё совершенные идеологические выдумки), мы в принципе можем смело сказать, что человек, которого мы встречаем на следующий день – абсолютно другой человек, ибо в живом пространстве это безусловно другой человек.

Итак, проблема идентификации личности решается не так просто. И кто есть человек фактически? Кто он? Понятно, мы можем спросить у него паспорт или другие документы. Государство вполне этим удовлетворяется. Но мы, люди, настолько недовольные, что нам этого мало, поэтому мы этим никак не удовлетворяемся.

Рассмотрим другую гипотетическую ситуацию Представим себе актёра, который, сыграв какую-нибудь роль – Мальволио либо Плюшкина – возвращается усталый, без грима, домой. Дома на него орёт жена, велит помочь сыну сделать уроки и, например, повесить штору. Допустим, этот несчастный актёр, уже не актёр, а какой-нибудь Михаил Иванович, лезет вешать штору, падает с табуретки и ломает себе ногу. Кто он? Актёр? Отец маленького сына? Муж кричащей жены? И он с этим вопросом приходит к психоаналитику. Психоаналитик встречает его и говорит: “Ну, всё понятно, у вас проблемы с самоидентификацией; вы, что, забыли, как вас зовут?” “Нет”, - тот говорит, - “Михаил Иванович”. “Что же вас беспокоит?” “А то, господин психоаналитик, что я не знаю, кто я - актёр, отец, муж, сын, бродяга? - кто я такой?” “Скажите пожалуйста, когда вы входили в мой кабинет, вас возбудила девушка, которая вас ввела?” “Нет, вы знаете, я даже не заметил, кто меня ввёл”. “А почему, когда я смотрел из окна, вы подняли голову и что-то рассматривали на крыше в противоположной стороне?” “Там”, - говорит, - “сидел белый голубь”. “Вы знаете, там никакого белого голубя не было, у вас сложный случай, но я вам сразу могу сказать, что именно поэтому вы ходите в обтрёпанном пальто”. Согласитесь, это очень странное определение судьбы человека, идеи судьбы. Но, возможно, врач был и прав насчёт обтрёпанного пальто.

Очень любопытная проблема абсолютного незнания человека, сколь бы близко мы ни были с ним знакомы, замечательно решена в рассказе Роберта Музиля “Дрозд”. Там встречаются два старинных школьных друга, и один рассказывает другому про свою жизнь. Он говорит: “Ты знаешь, я не знаю, почему со мной случилось то-то и то-то, с документами у меня всё хорошо, я инженер, у меня лесничество, работа интересная, и жена моя всегда мне импонировала, я прожил с ней лет пятнадцать”. “И вот”, - говорит, - “представляешь, однажды я просыпаюсь на рассвете, жена лежит рядом, спит, и вдруг я услышал – был месяц май – песню соловья. Но когда я прислушался, я понял, что это не соловей, это дрозд, дрозд-пересмешник, но мне всё равно было приятно послушать этого дрозда”. “И вот”, – говорит, – “представляешь себе, дрозд пел очень долго и почти влетел в комнату, и когда наступило молчание, я вдруг, не знаю почему, тихо собрал свои вещи, поцеловал спящую жену и уехал – больше я её не видел”.

Интересно спросить, может ли биограф сказать, почему конкретный человек поступил так-то или так-то? Нет, никто ничего не знает. Поэтому биография – это полный блеф и совершенная чепуха. Второй любопытный эпизод из этого же рассказа: его герой в 1915 году попал на север Италии. Он со своей ротой торчал в удивительно красивой лесной местности, когда вдруг солдаты услышали аэроплан. В Первую мировую войну применялась такая тактика нанесения ущерба человеческой силе врага: с военных аэропланов сбрасывали массу дротиков, которые падали гигантским веером – кого-нибудь да пронзят. И герой рассказывает: “Все мы понимаем, что летят эти дротики, и я слышу, как надо мной поёт этот дротик”. Почему он поёт – на другом конце он был просверлен. “И вдруг”, - говорит, - “я чувствую, что пение этого дротика переходит в пение дрозда, и мне стало весело и прекрасно”. “Я стоял”, – говорит, – “как дурак; все солдаты легли и закрыли уши ладонями, а дрозд поёт всё ближе, ближе и ближе, и потом – удар об землю около моей ноги, этот дротик падает около моей ноги”. “Ты знаешь”, - говорит, - “что я сделал?” “Я забросил каску, снял униформу и ушёл от панически испугавшегося взвода, пошёл по Италии, вернулся в Рим и начал новую жизнь”.

Не только на этих примерах можно сказать, что нашу жизнь определяют удивительные – как их ещё назвать? – моменты, эпизоды, о которых никто не знает, и о которых мы сами в самом лучшем случае догадываемся только потом. О чём это говорит? Это говорит о том, что все наши построения в этой действительности, в этом мире абсолютно иллюзорны. Понятно, эта мысль, мягко говоря, совершенно не новая или слишком, слишком старая. Поэтому вернёмся к идее обмана – не такого красивого, “пурпурного” обмана, а обычного обмана, – и скажем: жизнь – это полный обман, никаких истин здесь не бывает, и пусть демагоги не морочат головы, что жить нужно так-то, а не так-то. Почему, действительно, нельзя убить любимую женщину, почему нельзя накормить серийного убийцу хорошим обедом?

Когда мы начинаем думать, откуда, в конце концов, людям пришла идея истины и правды, ведь вокруг всё полный обман – воруют, лгут, обманывают – непонятно только одно, непонятна негативная интонация, с которой эти дивные слова – “воровство”, “обман”, “ложь” – обычно произносят, апеллируя при этом к какой-то “честности”, к какой-то “правде”. Логически совершенно непонятно. Когда же мы, допустим, читаем индийские тексты на эту тему, например, систему санкхьи, нам хорошо и приятно, потому что система санкхьи нам говорит, что вся наша жизнь есть игра материи, Пракрити, серая игра, радужная игра, какая угодно, но без присутствия Пуруши, т. е. мужского начала, всё это есть абсолютная иллюзия, абсолютный обман. И более того, там сказано, что даже Буддхи, “чистый интеллект”, без присутствия Пуруши никакой реальностью тоже не обладает. Это вроде бы хорошо и подтверждает нашу позицию, но попробуем двинуться несколько дальше.

Итак, Пуруша – это мужское начало, начало положительное. Без присутствия мужского начала всё, что нас окружает, является иллюзией и обманом. Теперь подумаем, а кто в нашей западной цивилизации был действительно носителем истины? Безусловно, истина у нас скорее мужского пола. Вспомним: Платон, Плотин, Христос, Сократ и т. д. и т. д. – одни мужчины. Если вспомнить единственный образ носительницы истины – Диотиму из платоновского диалога “Пир” – то скорее представляется, что Платон просто из политеса решил ввести некую Диотиму единственно для того, чтобы подчеркнуть одну неприятную в его диалогах вещь – тоталитаризм Сократа, и этим самым Сократу несколько сбить спесь. А Диотима действительно говорит в этом диалоге прекрасные слова.

Теперь мы понимаем одну странную вещь. Если индусы никак не персонифицируют мужское начало – Пурушу, а говорят, что реальности, основанной на соединении мужского начала (Пуруши) и этой зыблющейся, постоянно меняющейся Пракрити, можно достичь путём высокого откровения, путём жестокой дисциплины, то это нам ещё понятно. Но в истории истины вот что кажется нам сомнительным – то, что вещает её проявленное мужское начало, проявленное в каких-то совершенно конкретных существах. И, конечно, очень хорошо, если этих людей зовут Платон, Сократ, Лао-цзы или именами, достойными названных. Но чем дальше от древности, тем, кажется, дело обстоит хуже. В итоге проблема истины и правды нам что-то не поддаётся никак. Конечно, можно возразить, что если даже мы скажем, что всё – иллюзия, мираж, обман, Фата Моргана, то это вовсе не означает, что нет констант, т. е. истин, которые нельзя опровергнуть. Можно даже привести примеры: теорему Пифагора, периодическую систему Менделеева, музыкальную систему, санкционированную Бахом. Да, действительно, в своё время всё это считалось правдивыми вещами. Но интересно, что именно в наше время, когда появилось очень глубокое сомнение во всём, именно сейчас, появилось много работ, которые критикуют и теорему Пифагора, и современную музыкальную систему, и периодическую систему Менделеева. Да, они называются константами, они безусловно считаются таковыми в формальном плане, но каждый физик, каждый химик, каждый музыковед прекрасно знает, что это далеко не так. Любопытно, что такого рода работы стали появляться в начале двадцатого века, и сейчас они цветут пышным цветом.

Что же эти мудрые древние люди мужского пола, собственно, нам принесли? Они нам принесли странное понятие истины и правды. И мы спрашиваем, что это такое. Это, видимо, зависит от личности того человека, который эту истину вещает. Но, что более страшно, они привели в нашу жизнь проблему противоположностей, оппозиций. В известном смысле, это следствие того самого яблока в библейском саду. Но это появилось ещё до яблока, это появилось даже до Адама – проблема оппозиций, которая совершенно разрывает человека. Вот почему мы с малых лет, уже в школе, узнаём, что жизнь и смерть – это “разные” понятия, “оппозиционные”, что “идея” и “материя”, “небо” и “земля”, “царствие земное” и “царствие небесное”, “форма” и “субстанция”, “мужчина” и “женщина”, “добро” и “зло” – это всё, в известном смысле, противоположности, и мы спокойно идём по жизни, совершенно некритически воспринимая это очень, очень сомнительное утверждение.

Что делают эти оппозиции (“истина-ложь”, “правда-обман”)? Они резко разрывают единую цепь бытия. И теперь мы точно знаем: “вот это – правдивый кусок хлеба, а это – нет; вот этот человек говорит правду, а этот человек не говорит правды”. И в конце концов, у нас начинает кружиться голова. Дальше что получается. Каждое событие, каждый человек для нас живёт в очень строгом диапазоне. От сих до сих. Например, мы знаем, что дерево сосна годится на то-то и то-то, что она такой-то и такой-то высоты, что у неё такой-то материал, из которого можно сделать то-то и то-то.

Когда мы читаем книгу Жан-Батиста делла Порта, которая называется “Натуральная магия” (первая половина семнадцатого века), мы встречаем у этого довольно уважаемого автора такую фразу: “сосновую смолу и звезду Бетельгейзе связывает прочная дружба”. Тут мы можем думать сколько угодно, потому что, какого рода дружба связывает эти две субстанции, совершенно непонятно. Но мы говорим себе – это магия. И когда мы сейчас слышим слово “магия”, оно для наших ушей звучит гораздо лучше и приятнее, чем, скажем, “ядерная физика” или “социальная статистика”. Да, в слове “магия” действительно есть нечто завлекательное, и мы охотно верим Жан-Батисту делла Порта, думая: может быть, этот человек и не прав, но ведь в конце концов интересно, что сосновую смолу и звезду Бетельгейзе связывает очень прочная дружба. Действительно интересно, а почему – объяснить нельзя. Просто интересно.

А теперь подумаем, может быть, это всё чепуха, блеф, может быть, и нет никаких оппозиций, может быть, это просто формальная логика и костыли без здоровых ног. Читаем Николая Кузанского и его знаменитую фразу: “из двух оппозиций одна является единством относительно другой”. Т. е. из двух оппозиций – скажем, “добро” и “зло”, “небо” и “земля” – одна является единством. Далее, перейдём к более опасной оппозиции – “царствие земное” и “царствие небесное”. Одна из них является единством по отношению к другой, но не исключает другой. Ясно, что великий Николай Кузанский нам дал ключ к решению этого весьма сложного вопроса. Но Кузанский, тем не менее, признаёт наличие оппозиций, пусть отвлечённых, пусть абстрактных, потому что из его высказывания следует, что, когда мы имеем оппозиции, мы имеем их неизбежную борьбу.

Чем это всё интересно, и чем эта мысль ужасно любопытна, это тем, что люди начинают подменять проблему жизни проблемой борьбы, и мы знаём очень много афоризмов о том, что жизнь – это борьба, что для того, чтобы в жизни преуспеть, надо бороться и т. д. и т. п. Заметьте, уже очень давно никто не говорит, что жить – значит просто жить. Жить – это надо кем-то, чем-то стать, свою жизнь оправдать и т. д., т. е. втягиваться в борьбу. И хорошо, если бы это был рыцарский поединок на красивом ристалище. Но не очень приятно, допустим, толкаться в метро в час пик и т. д. и тоже называть это жизнью и борьбой.

Истина в нашем европейском понимании – это вещь крайне деспотичная, крайне враждебная всему остальному, что называется обманом, и все мы понимаем почему. Представьте себе, что, увидев старую женщину в лохмотьях, мы начнём петь панегирик её красоте, потому что есть красота, эстетика безобразия и эстетика старости, и если этого не учитывать, то вообще ни о какой эстетике речи быть не может. Если кто-то невольно нас подслушает, то он непременно подумает, что панегирики пожилой даме мы поём неспроста. Нам что-то от неё нужно. Т. е. нас уже если не называют вслух лжецами, то думают, что мы обманываем из каких-то целей. Над западной цивилизацией повисла чудовищная идея целесообразности... И бедная жизнь претерпевает ещё один удар – мало того, что её надо как-то оправдывать и бороться, она ещё должна иметь цель. Если вдуматься в это сумасшествие, это действительно непонятно. Появляется впечатление, что нельзя просто жить.

Конечно, из идеи целесообразности вырастает идея деспотии, диктатуры от тех или иных истин, от той или иной правоты. И тогда мы получаем множество весьма скучных, с точки зрения политики и социологии, событий на эту тему. Но даже если мы читаем книги по оккультизму, они тоже нередко оставляют такое же весьма странное впечатление. Допустим, читая книгу о тамплиерах, о великом ордене Тампль, мы не у одного, а у многих авторов встречаем, что эти люди в Иерусалиме, в развалинах Соломонова храма, нашли ковчег завета. И в этом ковчеге, – чувствуете знакомую песню о секрете, о “величайших секретах”? – в этом завете хранятся пропорции, по которым Господь создал мир, мироздание. Равно там, в этом завете ковчега, хранится философский камень и другие необычные, скажем так, вещи. Эта идея секрета столь же дика и чудовищна, сколь и идея целесообразности. Как простодушный читатель может себе представить этот ковчег? Что-то вроде ларца, где хранятся пропорции мироздания: вот там – философский камень, тут – покрывало какое-то, какие-то деньги старые, тоже магические. И как-то это всё, как мы бы сказали, “несерьёзно”. И далее, начиная с шестнадцатого, с семнадцатого веков появилась мысль о боге-механике, который тоже владеет секретом вселенной, которая есть просто большие точные часы. И, в сущности, вселенная не имеет особых проблем, разгадать её очень просто, если разгадать секрет часового механизма. И это называется “правдой” и “истиной”.

Чем больше думаешь об истине и правде, всё больше становится как-то странно. С одной стороны, это нечто осевое, фундаментальное, то, на что можно опереться: “дважды два”, “теорема Пифагора” – спорить об этом вроде как нельзя. Можно, конечно, сказать, что это конкретное мышление, что здесь требуется абстрактное мышление. Но и на это можно возразить: а что такое абстрактное мышление? Тогда встаёт и такой вопрос: от чего абстрагироваться? Вообще от всего? Так можно перейти к простой комбинаторике и тогда вообще ничего не добиться.

С другой стороны, интересен следующий аспект истины и правды. Да, это фундаментальное и осевое, это всё хорошо. Но в то же время в этой самой истине, в этой самой правде, согласитесь, есть элемент некрасивости, какой-то жёсткости, вот как говорят – “горькая правда” или “голая правда” и т. д. И даже существуют разные стихи на эту тему, вроде “тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман”. Как разумный человек отнесётся к этим стихам? Он скажет: “великолепен обман, ибо он даёт нам сублимацию”. Он возвышает нас, и зачем нам вообще нужны эти низкие истины? Хотя автор этих стихов, наверное, имел иную мысль: что мы не хотим, например, пахать землю или жить в подвале, и поэтому мы говорим своим друзьям, что я не землекоп, а член Государственной Думы или, допустим, президент Северной Кореи – для того, чтобы тьму низких истин скрыть.

Здесь есть ещё один любопытный аспект, который касается очень странной вещи. Говоря о правде, истине, мудрости, очень часто ссылаются на стариков. В очень многих кинофильмах, например, мы видим интереснейших старцев. У них тонкие, с горбинкой носы, великолепные бороды, они поднимают указательные пальцы и вещают нам весьма и весьма любопытные вещи. Но странная эта вещь – мудрость стариков. Пообщавшись с этой, можно сказать, “человеческой субстанцией, породой”, нельзя не заметить, что старики вообще-то отличаются хитростью, прагматикой, обострённым чувством очень весомой, очень осязаемой, очень правдивой, очень земной реальности. В сущности, они сосунки Великой Матери Земли. Им очень нравится скатерть-самобранка, рог изобилия, им очень нравится эмерджентная женская грудь. Вспомните Сусанну и старцев и массу классических картин от XV до XVII вв. И эта странная идея о том, что старики мудры, и о том, что человечество вроде как тоже умнеет, - это всё очень странно.

И к чему нас привели эти люди за последние три века? Не чувствуете ли вы запаха тлена во всём, в этом мироздании, в какой-то мёртвой луне, в каких-то силах гравитации, в каких-то бесконечных галактиках, в каком-то уже и вовсе дурдомовском выражении “покорение космоса”, ведь не совсем понятно, если люди летают на высоте пятисот километров и мотаются вокруг Земли энное количество дней, то при чём здесь космос и его “покорение”? И потом, заметьте, почему нынешние онтология, физика, философия носят очень старческий характер ? Потому что, как старики, которые плохо видят, они употребляют телескопы, микроскопы, всякие оптические инструменты. И мы знаем ещё из рассказа Эдгара По, что очки и бинокль не служат идее красоты – наоборот. Что они делают? Они разоблачают и нам торжественно говорят: “вот как на самом деле это выглядит действительно”. Мы посмотрим в телескоп или микроскоп на лицо любимой женщины и - “ах, ты, сука” - скажем мы. “А у тебя прыщей-то, ты посмотри сколько, а ведь ты намазалась, о-го-го как. А нет, спасибо, мне такой обманщицы не надо”. Вот что мы скажем и вот к чему нас приведёт эта самая мудрость стариков.

Чем более всего угнетает современная картина мира? Не этой дикой, совершенно неблагородной идеей какой-то истинности. Не тем, что эти люди, физики, учёные разные, которые убивают миллионы ни в чём не повинных грызунов, якобы из чистого гуманизма. Изучая современную теорию мироздании, не обратили ли dы внимания, что все эти книжки – о современной астрономии, географии – изданы очень скучно, с какими-то бильярдными шарами вместо приятных картин, что всё это в совокупности просто до крайности скучно.

И если мы всё-таки встанем на точку зрения, что мир и всё, что нас окружает, есть мираж, иллюзия, обман, тогда, естественно, мы должны претендовать на то, чтобы этот мираж был, по крайней мере, эстетичен и красив. И когда мы, допустим, читаем Уильяма Блейка, великого мифотворца начала девятнадцатого века, с его претензией на мироздание, нам становится довольно интересно. Почему? Вообразите, что Блейк пишет в своей поэме «Иттон», где мы читаем такие строки: “Небо вечный тент, устроенный сыновьями Лосса и каждое пространство, которое человек видит, пребывая на своей крыше или в саду или на горе 25 локтей высоты - это пространство его вселенной, солнце над ним восходит и заходит, облака снижаются на плоскую землю и погружаются в море, звёздное небо выгибается на все стороны или падает в море, два полюса вращаются на своих золотых осях...” И заметьте любопытную последнюю строчку этого фрагмента: “И когда человек переселяется, его небо переселяется вместе с ним...” Это очень любопытный взгляд. Т. е. существует не одно небо, которое нам пытаются всучить и указкой указывать какие-то созвездия, а у каждого человека есть своё небо. И когда он “переселяется”, оно уходит вместе с ним, т. е. он астроном собственной вселенной.

Согласитесь, здесь как-то не хочется думать о том, что это не истина, что это лживо. И дальше идёт характерный момент мифологии Блейка – есть у него бог чёрной иллюзии, чёрного миража, называемый Улльро. “Улльро представляет нам глобус, что катится в пустоту, микроскоп и телескоп ничего не знают – они изменяют рацио наблюдателя, не изменяя объектов”. Но видимо, Блейку этого показалось мало, потому что он постоянно строил поэзию мироздания – не теорию, а именно поэзию. И вот другая цитата из этого поэта, в которой он представляет Землю как раковину, мировую раковину, и пишет: “Мировая раковина – вогнутая Земля, она до неразличения расширяется в неопределённое пространство, это пористо-пещерная земля извилистого лабиринта двадцати семи уровней плотности”. Это трудно и в то же время это интересно, потому что такой взгляд Блейк разделяет с не менее интересными, чем он, людьми.

Похожую картину мы находим у оккультного писателя 17 века Атанасиуса Кирхера в его книге “Mundus subterranneus”, “Подземные миры”. Описание приблизительно то же самое. Кирхер пишет о двадцати семи уровнях плотности, о том, что мы уже приближаемся – а он писал это в середине 17 века – уже к двадцать пятому уровню. Тогда понятно, что Земля становится маленькой планетой и её можно облететь, потому что по мере спуска Земли к центру этой раковины, всё меньше и меньше становится область для облёта.

В прежние времена, примерно до французской революции люди вообще очень конкретизировали картину мироздания, географии, вообще всего. В этом смысле очень интересно пишет знаменитый немецкий поэт барокко Каспер фон Лёвенштейн, поэт 16 века. Характерно название стихотворения: “Magnet ist Scheinheit”, “Магнит – это красота”. То есть не идея, скажем, поиска правды, истины какой-то, а просто красота. Вот фрагмент из этого стихотворения: “Наша жизнь – океан, страх, отчаяние швыряет нас по волнам, и мы поднимает парус наших мыслей, его наполняет ветер желаний и бросает изредка якорь надежды. Вино и страсти бросают нас в открытое море, и наш магнит – красота, и розовые губы – путеводная звезда, омфаллос – наш экватор. Путь на юг свободен, нас завлекает бездна, над которой горит созвездие южного треугольника. Ты, мореход, держись меридиана – там, впереди, на севере, две белых полусферы, опасных, как Сцилла и Харибда, их вершины обагрены вечной зарёй...”

Символика эта естественна и прозрачна, любопытно только то, что она очень конкретна, очень чувственна, и что были времена, когда люди и в особенности мужчины чувствовали Землю как Мать Землю, предупреждая о её опасностях, о её прелестях и т. д. Поэтому, если говорить о какой-то псевдоправде или псевдоистине, гораздо спокойнее, лучше и разумнее встать на сторону обмана.

В нашем сознании очень давно случилась одна любопытная вещь. Историки античности, начиная века с пятнадцатого, разделили жизнь на театр (сцену) и реальную жизнь. Эта та самая оппозиция, с упоминания о которой я начал. Но эта оппозиция – одна из центральных. До нас дошли исследования о древнегреческих драме и трагедии, и нам говорят следующую, ужасающую с точки зрения античного человека, вещь: вокруг, по амфитеатру, сидят зрители, а на сцене происходит подражание мифу. Более чудовищного бреда не существует. И оттуда пошло латинское выражение “deus ex machinа”, т. е. когда в конце трагедии появляется гипотетический механически управляемый бог и решает судьбы персонажей. И это разделение стало абсолютно роковым. Не было понимания, что там происходит мистическое действо для посвящённых и что там нет никакой границы между так называемыми зрителями и так называемыми актёрами, и что это явление богов – Диониса, Аполлона, Гермеса – в которых, естественно, современный мир не верит и очень давно. Тем самым была нам всем дана ужасающая центральная метафора: “театр - реальность, сцена”. И нам говорят иногда, что “вы играете как на сцене”, видимо, желая нас не то, чтобы унизить, но как-то уколоть – что всё это, что мы делаем, “театрально”.

Удивительна такая вещь, что всё прекрасное в жизни сводится к идее какого-то обмана. И мы начинаем думать, что обман – это не так уж и плохо. Тогда мы начинаем думать вот о чём – о “Пурпурной субстанции обмана”. Давайте подумаем о гибкой, пенистой, кипучей молодой крови. Действительно, ведь это и есть генератор любых иллюзий. Когда мы влюбляемся, когда мы принимаем одно за другое, когда мы принимаем облако за храм и т. д. и т. д. – ведь это бурная молодая кровь. Там нет идеи истинного и это не старческая истина, значит мы можем сделать вывод, что праздник, мираж, иллюзия, Фата Моргана продиктованы пурпурной субстанцией молодой крови.

И мы это поймём, если прочтём поэму Малларме “Послеполуденный отдых фавна”, когда фавн говорит: “Ты знаешь, страсть моя, что пурпурный и зрелый плод граната трескается и течёт, и пчёлы жужжат и наша кровь ферментирует и бьётся волной и разлетается из вечного улья желания...” Тут ничего правдивого нет, зато есть много чего другого. Зная, что “плод граната” – это плод Афродиты, мы начинаем думать уже в несколько ином аспекте, т.е. знание мифологии может несколько более расцветить эту прекрасную поэзию.

И дальше идёт удивительная картина, которую Малларме дал относительно роскоши, иллюзии и того, как можно жить обманом: “Когда я выпью сок из виноградной кисти, я, чтобы прогнать сожаление об утраченном наслаждении, смеясь, поднимаю к небу пустую гроздь, и, раздувая дыханием поникшие ягоды, страстно смотрю сквозь них на свет...” Это поразительное торжество иллюзии над действительностью. И всё понятно – мы люди современные, нам очень трудно понять, как можно так жить, но зато во всём остальном, в принципе, мы всё это понимаем, всё это мы чувствуем, и для того, чтобы как-то разобраться во всех этих ситуациях, мы погружаемся в науку. Но не в эту науку, а в нормальную – античную и постантичную.

Ранее уже говорилось, что истина скорее мужского пола, независимо от грамматики, и что мужчины принесли в мир понятие истины (имеется в виду европейский мир). Очень любопытно, что Баглар, поэт середины девятнадцатого века, поделился наблюдением, что “все мужчины оделись в чёрное”, и “такое ощущение, будто присутствуешь на бесконечных похоронах”. И, вы знаете, если это ассоциировать с тем, что мужчины суть носители истины, это довольно мрачно получается. И мы думаем, что всё обстоит не так просто и читаем Платона и первоплатоников. И более того, мы читаем Орфея и орфиков – имеется в виду то, что хоть как-то до нас дошло. И тогда мы встречаем такое понятие как Фанес. Но нас абсолютно не интересует занебесное и непонятное “Фанес”, для нас ближе его женская субстанция, его атмосфера, которая называется “фанетия”. Знаменитый неоплатоник Синезий пятого века сказал нам, что “фанетия” и “фантазия” – это одно и то же, и что есть определённая точка между разумом и фантазией, которая есть центр ощущений, центр, порождающий все ощущения. Это значит, что эта точка, сверкающая точка, порождает не только то, что мы называем реальностью, но то, что мы называем “воображением”, “фантазией”. И это также то, что называется в герметике “философским морем”.

Итак, мы приходим к очень любопытному выводу. Ни для кого из нас не секрет, что мы живём в “цивилизации блефа”. Я не говорю даже о том, что нас постоянно обманывают средства массовой информации, это как раз полные пустяки. Но мы ни в чём не уверены. Названия многих научных статей, публикуемых начиная с пятидесятых годов в разных научных журналах – американских, английских, немецких – поразительны: на каждое позитивное утверждение в науке существует точный контраргумент. Например, одна статья называется “Двенадцать доводов за вращение Земли”, другая - “Двенадцать доводов против”, далее - “Двенадцать доводов за существование атомной бомбы” и “Двенадцать доводов против существования атомной бомбы”. И так в любой сфере: всё то, что мы считаем непреложными истинами (такими, как вращение Земли, атомная бомба и т. д.), в принципе таковыми на являются. Они где-то на грани обмана, блефа. Но, заметьте, чему нас учат психология и философия обмана и учение о фантазии у неоплатоников и других не менее интересных философов – что, в принципе, то, что мы живём в цивилизации блефа, совершенно не должно нас никак трогать, нам всё равно, потому что есть ли атомная бомба, нет ли её, вращается ли Земля, нет ли, с высокой точки зрения это безразлично. Когда же нам врут в глаза или диктуют нам какие-то удивительные фантасмогории о каких-то благосостояниях, гуманизмах, мы можем вообще не улыбаться, потому что это нормально.

То, что говорят эти люди - это так же реально, как и вращение Земли. Или так же нереально. Это к тому, что субстанция обмана даёт удивительный приоритет тем людям, которые её придерживается. Поймите, всё – манифестация, т. е. всё, абсолютно всё, равно. Это и есть определённый ключик к герметике.

Чтобы подытожить мысль о цивилизации блефа, не надо долго думать, нужно просто открыть книгу Рабле “Гаргантюа и Пантагрюэль”: “Ибо все сокровища, над коими раскинулся небесный свод и которые таит в себе Земля, в каком бы измерении её ни взять – в высоту, в глубину, в ширину или же в длину – не стоит того, чтобы из-за них волновалось наше сердце, приходили в смятение наши чувства и разум”.

А о “Пурпурной субстанции обмана”, если уж на то пошло, достаточно процитировать Артюра Рембо: “Снег, прекрасное существо, за вуалью смерти в кругах мрачной музыки, словно спектр, расцветает пленительное тело, роскошная плоть пронизана покровами и чёрными провалами, колориты оживают, танцуют вокруг видения – турбуленция, хриплая музыка, свист смерти – мир далеко позади нас ополчился на нашу мать красоту, она отступает, она вздымается, о наши кости в новом теле любви!”

Подготовлено на основе лекции,
прочитанной в "Новом Университете"
Новая книга
Валерий Коровин - Третья мировая сетевая война

События
Все книги можно приобрести в интернет-магазине evrazia-books.ru или в офисе МЕД +7(495)926-68-11


Александр Дугин "Путин против Путина", Яуза, 2012


Леонид Савин "Сетецентричная и сетевая война." МЕД, 2011

Мартин Хайдеггер
Александр Дугин. "Мартин Хайдеггер: философия другого Начала", Академический проект, Москва, 2010

Русское время
Русское время. Журнал консервативной мысли, №2, 2010

Португальская служанка
Жан Парвулеско "Португальская служанка", Амфора, 2009

Против либерализма
Ален де Бенуа "Против либерализма. К четвертой политической теории", Амфора, 2009

Сетевые войны
Сетевые войны. Угроза нового поколения, Евразийское движение, 2009

Александр Дугин - Четвёртая политическая теория
Александр Дугин. "Четвёртая политическая теория", Амфора, 2009

Русское время - Журнал консервативной мысли
Вышел первый номер журнала консервативной мысли <Русское Время>

Александр Дугин - Радикальный субъект и его дубль
Александр Дугин. "Радикальный субъект и его дубль". Евразийское движение, 2009

Архив

Прочти по теме

Иудаизм
[ Иудаизм ]

·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Окончание) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Продолжение) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (окончание) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (продолжение) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Другие | Индоевропейское и иудаистское понимание сакрального | 06.04.2009
·Иудаизм | Зеэв-Хаим Лифшиц | Иудейские законы и современность | Баланс традиции и модерна в отдельно взятой личности | 10.07.2007
·Иудаизм | Кризис религиозного сионизма | ''Государство Израиль - локомотив Избав
Тексты offline
Читайте в журнале "Крестьянка" №9 за сентябрь 2008 года

  • Александр Дугин: "Деконструкция Владислава Суркова"
  • Весь архив

    Темы
    · Все категории
    · Культура
    · Политология
    · Традиция
    · Философия
    · Экономика
    Evrazia.org


    Евразийская музыка

    Послушать

    рекламное

    Прочие ссылки
    Архив
    30 сентября 2009, 01:19
    Метафизика | Сергей Панкин | Сакральность Запада и сакральность Востока | В подавляющем своём большинстве люди Запада– это вечные духовные недоросли | 30.09.2009
    28 февраля 2007, 00:25
    Метафизика | Авигдор Эскин | Почему каббала? | Преодоление безверия в наши дни | 28.02.2007
    19 ноября 2006, 17:08
    Метафизика | Александр Дугин и Псой Короленко | Солнечное и лунное начала в еврейской традиции | 19.11.2006
    12 марта 2006, 21:35
    Метафизика | А. Иванников | Кровь Святого Бурха | 12.03.2006
    19 января 2006, 13:26
    Метафизика | ''Поскольку я уже написал все, что хотел, я стал писать о том, чего
    1 декабря 2005, 15:36
    Метафизика | Евгений Головин: ''Пурпурная субстанция обмана'' | 01.12.2005
    27 октября 2005, 20:59
    Метафизика | Информация к размышлению: Сталин из сакрального центра | 27.10.2005
    12 октября 2005, 11:04
    Метафизика | Рецензия на книгу Олега Фомина ''Сакральная Триада'' | С. Шнитцер |
    28 сентября 2005, 12:16
    Метафизика | Презентация книги Александра Дугина ''Поп-культура и знаки времени'
    10 июня 2005, 19:05
    Метафизика | FAQ | Дугин | О корреляции неофизики и новой метафизики | 03.12.01
    ВЕСЬ АРХИВ