АРКТОГЕЯ
ф и л о с о ф с к и й   п о р т а л
25 марта, суббота
Поиск 

Главная | Новый Университет | Аналитический портал "Евразия" | Фотогаллерея | Библиотека | Персоналии | Глоссарий
Декларации
Манифест АРКТОГЕИ >>

Мармеладъный (аудиоверсия) >>

Я летаю! (Николай Коперник mp3) >>

Книги Дугина

· Обществоведение для граждан новой России (2007) (new!) >>
· Конспирология (2005) >>
· Философия Войны (2004) >>
· Философия Политики (2004) >>
· Философия Традиционализма (2002) >>
· Эволюция парадигмальных оснований науки (2002) >>
· Русская Вещь (2001) >>
· Абсолютная Родина(1998) >>
· Тамплиеры Пролетариата(1997) >>
· Консервативная Революция (1994) >>
· Метафизика Благой Вести(1994) >>
· Гиперборейская Теория(1990) >>
· Мистерии Евразии(1989) >>
· Пути Абсолюта (1989) >>

Диссертационные исследования
Периодика
Альманах "Милый Ангел"

 номер 1
 номер 2
 номер 3
 номер 4


Журнал "Элементы":

 № 1 (Консервативная Революция)
 № 2 (Югославия и новый мировой порядок)
 № 3 (Элита)
 № 4 (Загадка социализма)
 № 5 (Демократия)
 № 6 (Эротизм)
 № 7 (Терроризм)
 № 8 (Национал-большевизм)
 № 9 (Постмодерн)


Газета Вторжение

Газета Евразийское Обозрение
Наше Audio
Цикл программ Finis Mundi
(в mp3 - low quality)
Рене Генон

Юлиус Эвола
 Густав Майринк
 Жан Бьес
 Мирча Элиаде
 Барон Унгерн
 Герман Вирт
 Фридрих Ницше
 Арх. Киприан (Керн)
 Жан Парвулеско
 Жан Рэй
 Петр Савицкий
 Ги Дебор
 Граф Лотреамон
 Николай Клюев
 Карл Хаусхофер

Песни Ганса Зиверса

Песни Евгения Головина
Серии/циклы
Сны ГИПЕРИОНА >>


А.Дугин АЦЕФАЛ >>



А.Дугин Rolling Stone >>


FAQ >>




А.Штернберг Барбело-гнозис(стихи) >>
Ю.Мамлеев Песни нездешних тварей(стихи) >>
Наши координаты
РФ, 125375, Москва, Тверская ул., дом 7, подъезд 4, офис 605,
телефон:
+7 495 926 68 11

Здесь можно всегда приобрести все книги, журналы, газеты, CD, DVD, VHS А.Дугина, "Евразийского Движения", "Арктогеи", ЕСМ и т.д.

Заказ книг и дисков.
По почте: 117216, а/я 9, Мелентьеву С.В.

E-mail:
Директор:
Александр Дугин
Контент:
Наталья Макеева,
Дизайнер:
Варя Степанова

Наша рассылка . Введите Ваш e-mail, чтобы получать регулярную информацию о новинках и мероприятиях:

Ссылки

Счетчики

..
А.Дугин | Консервативная Революция | Грани Великой Мечты | 1994 Напечатать текущую страницу
Оглавление «Консервативная Революция» - Оглавление «Русская Вещь»
А.Дугин
Консервативная Революция, М., 1994 | Русская Вещь, М/, 2001

ГРАНИ ВЕЛИКОЙ МЕЧТЫ

1. Формула Гердера
Немецкий философ Гердер, вдохновитель национальной линии в немецком романтизме, повлиявший, кстати, практически на всех европейских националистически ориентированных мыслителей (от наших славянофилов до Барреса), выразил ключевую формулу своего мировоззрения в замечательной фразе — “народы — это мысли Бога”. Этим теологическим утверждением, совпадающим, впрочем, с сугубо традиционалистским взглядом на сакральную историю, закладывается основа сугубо интеллектуального, духовного понимания нации и этноса, не просто как биологической или социально-экономической модальности, но как особого мистического организма, существующего ради определенной духовной цели и объединенного единством уникальной провиденциальной Судьбы. В такой перспективе, каждая нация становится не объектом изучения или внешней коллективной средой, но центральным субъектом истории, сущность которого совпадает со стихией Божественного.

BR>
Если “народы — это мысли Бога”, то каждый из них имеет свою миссию, которую можно попытаться выразить в интеллектуальных терминах, коль скоро речь идет именно о “мыслях”. Сегодня, в момент глубинного исторического кризиса русской нации, в поворотный период ее судьбы, более чем актуально задаться вопросом: Какую именно мысль Бога являет собой Россия? Ч т о именно “мыслит” Бог сквозь русскую нацию, сквозь ее героический и скорбный, полный драм и подвигов путь по векам и пространствам?
2. Парадокс России
Обычно судьба народа почти точно совпадает с его реальной фактической историей. Иероглифы национального утверждения отливаются в великие исторические завоевания, свершения, трагические конфликты, гениальных личностей, творения духа. Внутренние силы нации изливаются вовне, застывая в конкретной истории, по отрезкам которой внимательное сознание может восстановить полноту национального мифа, чьим развертыванием и была национальная жизнь. Герои, вкусы, моды, стили и войны образуют осмысленные знаки, отпечатки одной из “мыслей Бога”.

Так дело обстоит практически со всеми народами и нациями, но пытаясь применить это к России, мы тут же сталкиваемся с неким парадоксальным ощущением, что данный метод совершенно к ней не подходит. Фактическая история русских порождает странное впечатление того, что самое главное, самое сущностное в ней остается за кадром, ускользает от взгляда, обращенного к конкретике, прячется за внешней стороной вещей, бросая лишь странные намеки на внутреннюю великую тайну. Не то чтобы у нас, русских, не было исторических взлетов или трагических испытаний, великих людей или небесных гениев. Напротив, Россия и русский народ создали множество конкретных памятников —Империю, особую Традицию, уникальную культуру. Мы знали безумие победного торжества, триумфальные завоевания, высшее напряжение героической воли, монашеский духовный подвиг, самоотречение и самоутверждение. Мы знали вкус бездны, достигая пределов национального страдания, страшных смут, тяжелого помешательства. И все же интуиция подсказывает нам, что главное осталось реализованным, что самое важное еще не явлено нам. Наша история как бы предвосхищает “мысль Бога”, доверенную России, она ее не исчерпывает.

Это совершенно ясно осознавали русские мыслители — как патриотической ориентации (славянофилы, Фет и др.), так и критически настроенные нонконформисты, особенно Чаадаев. Быть может, именно Чаадаев (который, кстати, в некоторых своих текстах весьма далек от того образа закоренелого русофоба, с котором он часто ассоциируется у поверхностных исследователей) глубже всех схватил “незаконченность”, странность, особость России, ее резкое отличие от других наций. При том важно не фактическое опровержение его “развеличания” русской истории, но тот факт, что интуиция внутренней, таинственной и парадоксальной стороны национальной истории настолько была для него очевидна, что затмила реальную канву истории. Другое дело, что Чаадаеву, несмотря на его увлечение Жозефом де Мэстром, не хватило интеллектуального аппарата для адекватного и беспристрастного понимания того, что он так точно предчувствовал.

Любопытно в данном контексте и замечание хрестоматийного русофоба маркиза де Кюстена, сказавшего о русских — “это народ, который, стоя на коленях, мечтает о великой Империи”. Точнее трудно определить наш национальный парадокс, хотя мы должны отрешиться от чисто “пежоративного” звучания этих слов. То, что у внешнего наблюдателя вызывает ассоциации со “стоянием на коленях”, на самом деле есть лишь следствие той Великой Мечты, которая занимает в тайне национальное самосознание. Русская Великая Мечта, наш непроявленный, внеразумный ориентир принижает и релятивизирует все конкретные исторические достижения, порождая иллюзию их “незначимости”, их “невеликости”. У других наций даже сотой доли свершений и подвигов, подобных русским, хватило бы для того, чтобы вызвать обоснованную и оправданную историческую гордость, самоудовлетворение, ощущение исполнения своей миссии. У русских же интуиция какой-то более великой цели, всегда более великой, чем все осуществленное, разъедает чувство самодовольства, гасит его, доводя до гротеска то сочетание глубокого смирения и невероятной гордости, которое характеризует наш национальный характер. Мы добровольно и сознательно “встаем на колени”, чествуя тем самым таинственную вертикаль, выходящую за рамки человеческих возможностей, поклоняясь только самому далекому, самому высшему, самому недоступному. Таинственное постижение какой-то небывалой, сверхбытийной истины порождает в русских странную мечтательность, тонкую тоску, текущую сквозь нашу боль и нашу иронию как указание на истинную “мысль”, которую Бог думает сквозь нас, но которая настолько глубока, что выходит далеко за рамки конкретных и внешних свершений.

Славянофилы, угадывающие эту национальную особенность, говорили о “богоносности” русского народа. Но эта “богоносность” парадоксальна — она не сводится ни к исполнению какой-то цивилизационной миссии, ни к чреде великих героических жестов, ни к совокупности культурных и территориальных завоеваний. Она всегда остается латентной, как бы в состоянии сна, отказываясь от воплощений, храня себя, оживая в глубинном и невнятном бодрствующему сознанию намеке.

У России существует как бы две истории — одна фактическая и реальная, прекрасная, но никогда не главная, не полная, не исчерпывающая, не вмещающая до конца нашу Судьбу. Другая —сновиденческая, созерцательная, непроявленная, несущая в себе великое откровение.

Они как две параллельные прямые.
3. На линии Конца Света
Попытаемся угадать контуры Великой Мечты, этой парадоксальной и непроявленной вести, несомой нам. Это — не просто метафизическое утверждение, статичное и полное, как у великих народов Востока. Это — не динамизм формообразующих, рационализаторских свершений, как у наций Запада. Русские предвидят и скрыто утверждают нечто иное, лежащее на грани между рациональной сферой дня (как на Западе) и стихией трансцендентного созерцания (как на Востоке). Именно на этой грани сосредотачиваются энергии эсхатологии, мысли о Конце, весть о скором наступлении которого принес наш Спаситель.

Действительно, линия Конца Света отделяет посюстороннее от потустороннего, рациональное от сверхрационального, обыденное от волшебного, существующее от “более чем существующего”. По одну сторону от нее подытоживается история народов и наций, оканчивается мозаика осуществившегося Промысла Божьего. По другую сторону — обнажается от материальных завес и масок само Царство Света, неразбавленная и тотальная благодать Нового Иерусалима, последняя реальность без времени и смерти.

Вкус эсхатологического созерцания скрещивает целый веер духовных тенденций. С одной стороны, взгляд из кончающегося мира на грядущую “парусию”, “финальное богоявление” (на сей раз “в силах”, во всем ослепительном и славном метафизическом объеме); это порождает экстатический предвкушающий восторг. С другой стороны, взгляд, возвращающийся назад после “восхищения” на “новые небеса и новую землю” эту ветхую, все еще не кончившуюся реальность, как нечто отвратительное, исполненное мерзости запустения, как “вотчину Антихриста”; отсюда глубочайший скепсис к бытоустроению и радостям земным. Иногда, лишь простое дуновение эсхатологического чувства, без интуирования всей эсхатологической структуры, порождает невыносимый трагизм от пронзительного понимания скорого исчезновения привычного мира, вместе с его ставшим привычным и близким человеческим и природным антуражем. Четкое чувство глобальной грани Конца Мира (где бытие балансирует над бездной “сверхбытия”) привносит и иную, более конкретную грань — между “своими” и “чужими”, и противоречия при этом склонны приобретать тотальный, онтологический характер, вырастать до гигантских пропорций под давлением серьезности предвкушаемого эсхатологического момента.

Весь этот эсхатологический комплекс, сложный, подчас противоречивый, легко подверженный деформациям и отклонениям от ортодоксальных православных норм, как нельзя точнее описывает сферу нашего национального бессознательного, нашего потенциального мира, наше параллельной истории, протекающей сквозь внешнюю канву национально-государственной жизни.

Определяя русскую Великую Мечту как мечту эсхатологическую, мы получаем возможность объяснить почему нам “внятен острый галльский смысл и сумрачный германский гений”. Мечтая о конце, мы имеем в виду Конец не только себя — как нации, народа, государства, но Конец Всего, завершение цикла, где откроется промыслительная роль не только нашего собственного народа, но всех народов земли. Именно эсхатологизм позволяет определить русского как “всечеловека”, как “общий знаменатель” человеческой истории, способный отомкнуть лабиринты материальных иллюзий, скрывающих ангелическую истину национального бытия человеческих наций. Тот же настрой и та же логика заставляют нас проникаться мессианским чувством, ощущать в нашем народе сотериологическую (“спасительную”) и интегрирующую функцию.

Линия Конца Времен проходит сквозь нас. Именно она “девальвирует” уже свершившуюся национальную историю как нечто ничтожное и незначимое по сравнению с тем, что составляет нашу национальную сущность, по сравнению с великим и единственным мигом Второго Пришествия, царями и слугами которого наша избранная нация станет пройдя сквозь апокалиптический огонь.

Но Конец Времен — не просто один из моментов будущего. В этой точки время соприкасается с Вечностью, пространство — с отсутствием пространства. Значит эсхатологическая Мечта русских не обязательно направлена вперед, в будущее. Вектор Вечности проходит перпендикулярно к линии времени; он означает разрыв длительности, мгновенное исчезновение времени. Значит русская мечта о Конце Мира не может иметь ничего общего с идеями “прогресса”, “эволюции” и т.д. Или точнее, “прогресс” и “эволюция” суть те концепции, в которых наше национальное бессознательное нашло себе весьма неадекватное, грубо приближенное выражение в ту эпоху, когда церковно-монархические формы эсхатологического чувства почти полностью потеряли жизненность и перестали соответствовать национальным чаяниям. Интуиция эсхатологии носит вневременной характер, и русские очень ясно предчувствуют это. Поэтому на грядущее наступление нового Золотого Века заботит Россию, но прямое и внезапное откровение полноты Истины, обнажение всей тайны Небес, даже если ценой за этой преображающее видение будет прекращение истории, конец человечества (а не его “улучшение”, “развитие”, “усовершенствование” и т.д.). Конец присутствует “здесь и сейчас”. От этого так интенсивно и отвлеченно одновременно переживают русские реальность — то буйно вмешиваясь, врываясь в нее, то неожиданно застывая во внутреннем невыразимом созерцании.
4. Эсхатологический сценарий в русской истории
Православное сознание в полной гармонией с национальным бессознательным русских, видит Конец Времен на трех уровнях:

      1) Как апокалиптическую катастрофу, предчувствие которой так глубинно переживается русскими начиная со второй половины XVI века;

      2) как битву между слугами Антихриста (как правило воплощенными для русских в фигуре “пришельца”) и верными Церкви;

      3) и наконец, как финальное Преображение мира в лучах Второго Страшного Пришествия Господа нашего Исуса Христа.


При этом на всех этих трех уровнях русские воспринимают эсхатологические события — как нечто глубоко национальное, имеющее отношение прежде всего и в первую очередь именно к судьбе России и русского народа.

Как катастрофу переживаем мы нашу историю практически с самого начала возникновения России. Два первых русских святых —Борис и Глеб — мученики не только за Церковь, но и за православное, христианское государство, за Святую Империю. Они — князья, и их мученический венец определяет парадигму нашей национально-государственной истории. С одной стороны, они залог общенациональной верности Небесной Церкви, соединенной с русским народом именно через его вождей и правителей. С другой стороны, житие их наполнено мрачными эсхатологическими предчувствиями, и убийца Ярополк предстает не столько закосневшим приверженцем дохристианского, “еще непросвещенного” национального прошлого, сколько предтечей грядущих эсхатологических потрясений, как прообраз Антихриста.

С конца XV века Антихриста ждут на Руси уже все, и дальнейшие катаклизмы истории воспринимаются нацией исключительно в катастрофическом ключе, что достигает своего апогея в расколе. Петр, Октябрьская революция и, наконец, перестройка — самые сильные потрясения, в которых все с новой силой вспыхивает исконный русский эсхатологизм, прорывающийся сквозь внешние псевдо-рациональные и заимствованные с Запада учения, формулы, клише. Постоянное чувство линии Конца давит на народ всем своим онтологическим весом, заставляя его метаться между жаждой мученичества, восторгом пакибытия и тоской о наличествующем. Национальную катастрофу мы переживаем в течении в с е й нашей истории, и это не случайно, но вполне логично для нации, центрированной на эсхатологической проблематике.

Второй аспект эсхатологии — финальная Битва — тоже окрашивает собой нашу историю. Враги “богоносного народа”, русских, являются врагами той эсхатологической миссии, которая ему доверена. Следовательно, в персоне национального врага обязательно должны проступать “черты Антихриста”. Однако восприятие чисто внешнего врага как воплощение эсхатологического противника у русских никогда принимало таких радикальных форм как у многих других народов. Даже в самых жестоких войнах, которые русские вели, враг России прямо не отождествлялся с воплощением чистого Зла. В этом странной для мессианского народа сдержанности проявилась глубинная интуиция собственной сакральной значимости, собственной “всечеловечности”, которая даже для воплощения Зла предполагала сугубо национальный, русский контекст. Эсхатологическая Битва носит для русских сугубо внутренний и шире внутринациональный характер, где негативный эсхатологический полюс ощущается как тоже имеющее отношение в России. Извне в русском мифологическом осознании истории приходит только в л и я н и е, т е н д е н ц и я, обретающая свое полное и законченное воплощение в каком-нибудь сугубо национальном персонаже. В этом реализуется на национальном уровне христианская идея Иуды, парадигмы предателя, который принадлежит к самому внутреннему кругу учеников Спасителя, а не приходит из вне. Линия разделения осознается как нечто слишком сакральное для того, чтобы совпадать с простыми географическими или культурными границами континента-России. Мессианский русский народ для сакральной полноты должен нести в себе самом о б а эсхатологических полюса, иначе речь шла бы не “всечеловечности”, но о возведенном в сакральный ранг национальном эгоизме.

И наконец, тема конечного Преображения также имеет у русских сугубо национальный смысл. Это Преображение относится в первую очередь к России, и уже ч е р е з Россию преобразится вся остальная реальность. Образ чистой преображенной России и лег в основание концепции Святой Руси, но важно, что и здесь речь шла об эсхатологической перспективе, о Великой Мечте, сбывающейся лишь в точке Конца, а не о удовлетворенности своим имманентным наличествующим национальным бытием. Преображенная Россия существует как таинственная параллель России катастрофической, страждущей и ведущей страшную битву с Антихристом. Она дрожит в тонком сне национальных предчувствий, обнаруживая себя сполохами безумного национального счастья, счастья просто быть русским, родиться русским, умереть русским. Потом снова исчезает в океане ветхих пейзажей, где обустроенные островки культуры размываются проступающими стихиями живой и бесформенной русской материи.

Вся наша национальная история, осененная таинственным и ускользающим знаком Великой Мечты, протекает ради последнего жеста, последнего действия, последнего мига. Тогда две параллельные сомкнутся. Внутреннее содержание нашей национальной сущности раз и навсегда вытеснит темные маски материальности. Разверзнется Последняя Катастрофа, состоится Последняя Битва и грядет Последнее Преображение.

Это может произойти только как “всечеловеческое”, всекосмическое событие. Всякие относительные, даже самые страстные порывы к реализации Великой Мечты прежде достижения точки Конца Времен окажутся лишь очередным разочарованием, и новое поколение обнаружит “внешние”, “темные” влияния за формой, которая предстанет поначалу как истинный русский Триумф. Любые компромиссы с нашим национальным идеалом невозможны, они будут отвергнуты и разоблачены рано или поздно под давлением глубинных сакральных интуиций народа. Наша историческая цель — Второе Пришествие. Мы понимаем его как благой, национальный, русский исход Истории вопреки антихристовой пародии, которую готовит планете современный мир через чахлую рациональную утопию “нового мирового порядка”.

Только тотальное свершение Великой Мечты оправдает все наши страдания и что, быть может, еще важнее,  объяснит все нелепости нашего пути сквозь века и земли.

Смысл России в том, что сквозь русский народ осуществится самая последняя мысль Бога, мысль о Конце Света.

Определенные знаки указывают на то, что “близ есть при дверех”. Скоро исполнится обещание Господа нашего, скоро коронована будет русская нация в чертогах Небесной России—Нового Иерусалима.

        Статья написана в 1992 г. по материалам выступления на семинаре, посвященном Национальной Идее, под председательством проф. Е.Троицкого


Оглавление «Консервативная Революция» - Оглавление «Русская Вещь»
Новая книга
Валерий Коровин - Третья мировая сетевая война

События
Все книги можно приобрести в интернет-магазине evrazia-books.ru или в офисе МЕД +7(495)926-68-11


Александр Дугин "Путин против Путина", Яуза, 2012


Леонид Савин "Сетецентричная и сетевая война." МЕД, 2011

Мартин Хайдеггер
Александр Дугин. "Мартин Хайдеггер: философия другого Начала", Академический проект, Москва, 2010

Русское время
Русское время. Журнал консервативной мысли, №2, 2010

Португальская служанка
Жан Парвулеско "Португальская служанка", Амфора, 2009

Против либерализма
Ален де Бенуа "Против либерализма. К четвертой политической теории", Амфора, 2009

Сетевые войны
Сетевые войны. Угроза нового поколения, Евразийское движение, 2009

Александр Дугин - Четвёртая политическая теория
Александр Дугин. "Четвёртая политическая теория", Амфора, 2009

Русское время - Журнал консервативной мысли
Вышел первый номер журнала консервативной мысли <Русское Время>

Александр Дугин - Радикальный субъект и его дубль
Александр Дугин. "Радикальный субъект и его дубль". Евразийское движение, 2009

Архив

Прочти по теме

Иудаизм
[ Иудаизм ]

·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Окончание) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы (Продолжение) | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Две большие разницы | Каббала в широком смысле слова - эзотеризм Запада, Каббала в узком смысле слова - иудаистский эзотеризм | 25.07.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (окончание) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот (продолжение) | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Эзотеризм наоборот | Метафизика нации в Каббале | 10.06.2009
·Иудаизм | Сергей Панкин | Другие | Индоевропейское и иудаистское понимание сакрального | 06.04.2009
·Иудаизм | Зеэв-Хаим Лифшиц | Иудейские законы и современность | Баланс традиции и модерна в отдельно взятой личности | 10.07.2007
·Иудаизм | Кризис религиозного сионизма | ''Государство Израиль - локомотив Избав
Тексты offline
Читайте в журнале "Крестьянка" №9 за сентябрь 2008 года

  • Александр Дугин: "Деконструкция Владислава Суркова"
  • Весь архив

    Темы
    · Все категории
    · Культура
    · Политология
    · Традиция
    · Философия
    · Экономика
    Evrazia.org


    Евразийская музыка

    Послушать

    рекламное



    Прочие ссылки
    Архив
    30 июля 2010, 16:02
    Русская идея | Александр Дугин | Реконструкция парадигм (взгляд из ХХI века) | В России постмодернистский эзотеризм, выйдя на улицы, грозит стать брешью в стихии западного "телоса", его "антитезой", его "темным дублем" | 30.07.2010
    22 января 2010, 18:16
    Русская идея | Алексей Нилогов | Законодатель стиля: короткий путь к абсолютному знанию | Философские идеи Дугина с трудом поддаются квалификации, так как не вписываются ни в какие классические схемы | 31.01.2010
    27 ноября 2009, 11:45
    Русская идея | Илья Дмитриев | Философия патологоанатома | Очередной приговор современному обществу, вынесенный из уст радикального консерватора | 27.11.2009
    30 мая 2008, 15:14
    Русская идея |
    10 апреля 2008, 21:21
    Русская идея | Александр Дугин | Археомодерн (III часть) | В поисках точки, где и модерн, и архаика ясны как парадигмы | 10.04.2008
    Русская идея | Александр Дугин | Археомодерн (II часть) | В поисках точки, где и модерн, и архаика ясны как парадигмы | 10.04.2008
    Русская идея | Александр Дугин | Археомодерн | В поисках точки, где и модерн, и архаика ясны как парадигмы | 10.04.2008
    15 августа 2007, 15:32
    Русская идея | Рецензия на книгу Александра Дугина "Философия войны" | 15.08.2007
    30 мая 2007, 14:52
    Русская идея | Кирилл Товбин | Вера и идентичность | Небеса Обетованные – далекие и близкие | 30.05.2007
    16 мая 2007, 09:44
    Русская идея | ''Базница-Инфо'' | Учебник для граждан Империи, или кто генерирует идеи для Путина | 16.05.2007
    ВЕСЬ АРХИВ