Арктогея - философский портал
"Вторжение", №17 | Ж. М. Вивенза | Футуризм и политика | 2001
    6 июня 2003, 03:32
 

"Вторжение" №17, М., 2001

Жан-Марк Вивенза[*]

Футуризм и политика

эссе о Маринетти

Маринетти, его доктрина воплотились в единственное слово: Футуризм. Есть ли сегодня слово, которое было бы понятно меньше, чем слово “футуризм”?

По словам Г.Листа футуризм есть “тотальная эпифания желания. Быть сторонником будущего (футуризма) означает быть на стороне всегда возможного против гарантированного, на стороне надежды и проекта против реальности, на стороне желаемого против уже наличествующего. Футуризм есть последнее основание революционной мысли всех эпох. Быть на стороне будущего — это интимный двигатель всякой революционной веры”.

Жизненный порыв этого страстного динамизма наполняет не только все тексты Маринетти, но и лежит в основе манифеста футуристов, опубликованного в 1909 году, как краеугольный камень всего этого направления.

“Слово “футуризм” несет в себе всеобъемлющую формулу обновления: оно, означая собой одновременно гигиену и возбуждение, упрощает сомнения, уничтожает скептицизм и охватывает все усилия в глобальной экзальтации. Все носители новаторского духа встретятся под знаменами Футуризма, поскольку он утверждает необходимость постоянного движения вперед и потому, что он предлагает разрушить все мосты, проложенные к трусости. Итальянский футуризм создал множество версий футуризма в зависимости от среды. Каждая среда обладает специфической привязанностью к прошлому, и эту привязанность следует разрушать безжалостно!” (Маринетти, Рим, 1920).

Наследник Сореля

Сразу же после создания движения футуристов, Маринетти, который стоял во главе, немедленно сформулировал его политическую ориентацию. Уже в 1909 году он призывает “избирателей футуристов” противостоять католическим силам и всем “политическим старикам, не способным конкретизировать программу гордости и энергии национальной экспансии”.

Одновременно с этим фраза из его Манифеста: “Мы хотим восславить разрушительный жест анархистов” принесла ему симпатии радикально левых кругов, которые были связаны с футуристами Карра, Лучини и Томмеи. Эти отношения воплотились в 1910 году в публикации манифеста “Наши общие враги”, который Маринетти опубликовал в миланском анархистском журнале “Демолицьоне” (“Уничтожение”). Маринетти призывает анархо-синдикалистские группы присоединиться к нему, чтобы образовать единый фронт борьбы против всего культурно и политически “старого”. “Вы ясно ощущаете гигантский груз социальной машины, которая вас давит, этой катапульты глухого эгоизма, несправедливой жестокости, ненасытного гражданского людоедства (...) О братья, мы с вами одна и та же армия, безнадежно заблудившаяся в чудовищном лесу вселенной, и у нас с вами общий враг!”

Спустя несколько месяцев в ходе своей знаменитой конференции о “необходимости и красоте Насилия”, Маринетти показывает себя наследником Сореля и итальянского Рисорджименто:

“Насилие это юность народов! Только с помощью насилия можно прийти к идее справедливости. Эту идею справедливости, следует утвердить не в ее фаталистическом, нынешнем понимании, как “право сильнейшего”, а как гигиеническую идею “права наиболее храброго и наиболее незаинтересованного”, т.е. как принцип Героизма. Обожаемые звезды и зенитные идеалы Италии взывают: воинственный патриотизм, революция, ежедневный героизм.”

Это приводит его в сентябре к вступлению в итальянскую ассоциацию авангарда, первую ячейку политического итальянского национализма.

В 1911 году националисты и футуристы часто сталкиваются в уличных баталиях с социалистами и анархистами. Клич националистов и футуристов — знаменитый лозунг Маринетти:”Слово “Италия” должно блистать намного ярче слова “свобода”!

В 1918 году, когда наконец создается журнал “Футуристический Рим” с подзаголовком “журнал политической партии футуристов”, программа этой партии определяет новое движение как “национал-революционное”.

Со штурмовыми фашами

Наиболее новый аспект программы заключается в ее радикальных социальных пунктах: “поддержать синдикалистские требования восьмичасового рабочего дня, коллективные трудовые соглашения, право на забастовку, свободу собраний, организаций и прессы для рабочего класса”. Программа требует также национализации латифундий, социализации земли и земельных наделов для ветеранов войны. Италия должна быть индустриализованной, и не отрицая определенной роли капитала, футуристы считают, что он должен выполнять социальную функцию, и настаивают на национализации месторождений. Следует отметить также характерный для латинян радикальный антифеминизм, одновременно с требованием одинаковых зарплат для женщин.

Яростно выступая против монархии и либерального государства, футуризм постоянно взывает к юношеству и техническому скачку, описывая в смелых терминах новую “Национальную и Воинственную Республику”.

Эта программа объясняет, почему футуристическое движение вместе с националистами и интервенционистами в 1919 году в Милане организуют “штурмовые фаши” по инициативе Бенито Муссолини, будущего Дуче Италии.

Маринетти, чья идеология полна ссылками на Сореля и Ницше, синтезирует свою философию в аллегорическом романе “Мафарка, футурист”. Этот гимн утверждает созидательную природу воли, этот призыв к страсти и динамизму настаивает, что только постоянное напряжение жизненного порыва и радости может обеспечить континуальность и полноту Бытия, поскольку для Маринетти, как и для Ницше, “волевой дух” есть оправдание и обещание “вечного возвращения”.

О лиризме

В выдержке из футуристской речи Мафарки, Маринетти далеко отходит от лексики своих манифестов, с центральной темой механизации и промышленной мощи. Здесь он высказывает сущность своей глубинной философской мысли:

“Наш дух, который есть высшее проявление организованной жизненной материи, сопровождает эту материю во всех ее трансформациях, сохраняя в новых формах ощущения ее прошлого, тонкие вибрации ее энергии, существовавшие когда-то... Божественность и индивидуальная непрерывность волевого и могущественного духа — вот что надо экстериоризировать, чтобы изменить мир! Вот единственная религия!”

Сноски

[*]
Жан Марк Вивенза — современный французский философ, политик, музыкант (классик “брюитизма”, “европейского шумового террора”, играл вместе с группами “Лайбах”, “Энтштурценте Нойбаутен”, “Соль Инвиктус”). Вивенза считает себя “последним футуристом”. В это эстетическое течение его посвятил лично Энцо Бенедетто, один из отцов-основателей футуризма. Эта статья любезно предоставлена автором специально для номера “Вторжения” в газете “Завтра”.


"Вторжение" №17, М., 2001


  
Материал распечатан с философского портала "Арктогея" http://arcto.ru
URL материала: http://arcto.ru/article/629